30. Безнаказанность?

Хоуп могла простить многое, но вот Фрейя....

   Эхом, по коридору Хогвартса раздавался звук трости. Госпожа Бёрк, несмотря на свой возраст держала голову высоко. Подол платья шуршал как осенние листья под ногами. Под строгими ударами дерева по каменному полу в такт терялся стук каблуков Хоуп. Фрейя, как истинная аристократка одевалась только в изысканном стиле волшебного мира. Корсетное платье, мантия, украшение, словно показатель статуса. Сзади неё обеспокоено шагала Хоуп. Осиную талию подчеркивал корсет, сапоги с легкой кожи чулком тянулись до колен.
   Ванесса застыла. Она отпустила руку Гермионы переставая дышать. Септима Вектор выглядывая из своего кабинета сразу поздоровалась с Фрейей.

— Пойдём, деточка! — холодно взглянула госпожа Бёрк на свою внучку. — Нам есть о чём поговорить.

  Сердце Нессы билось пуще прежнего. Ладошки намокли и стало так жарко, что хотелось раздеться.

— Но у меня занятие...Уход за магическими существами. — дрожащим голосом произнесла Ванесса.

— Пропустишь! — строго произнесла бабуля и звук удара трости об пол разнесся по коридору.

  Ванесса в панике схватила Гермиону за руку. Она боялась предстоящего разговора и вся дрожала.

— Ванесса, солнышко моё... — нежно произнесла Хоуп, почти что впервые назвав её по имени. — Не будем задерживать бабушку.

  Дрожь прекратилась перерастая в ступор. Если даже Хоуп на стороне бабушки, значит это конец. Она не жалела, что ударила Малфоя, ведь он заслужил.

— Я сделаю для тебя конспекты! — погладила ладонь подруги Грейнджер.

   Теплота её рук исчезла, как и сама Гермиона, что поспешила во двор. Ванесса осталась один на один со своим кошмаром.

— Итак, дорогуша, я уже отчитала Хоуп, пришла твоя очередь. — медленно поднималась по лестнице Фрейя даже не оборачиваясь на внучек, что шли позади. — Дамблдор любезно одолжил мне свой кабинет.

   Ванесса почувствовала попытки Хоуп ухватится за её руку, но не дозволила. Разве это плохо, что она дала сдачу, почему Годвин не уговорила бабушку, почему разрешила прийти. Она злилась на свою Хоуп, не думая о своей вине. Проход открылся. Яркий свет с окон резал глаза. Портреты директоров мирно спали.

— Чего застыли? — обернулась на внучек Фрейя. — Один ум на двоих?

   Переступить порог ощущалось как переместиться в зал суда, где решать судьбу будет самый строгий судья из всех. Ком в горле заставлял проглатывать слюну. Хлопок двери отдался ознобом в теле.

— Ванесса, что я тебя учила? — уселась в кресло госпожа Бёрк.