"это что за хрень?"

Я повернулась к нему и добавила:

— Слушай, ты сторожи возле входа. Я всё быстро найду, мы посмотрим и уйдём. Ладно? — пояснив, я развернулась и подошла к кровати, даже не дождавшись его ответа.

Он пожал плечами, видимо, ему всё равно, что делать. Хоть под кроватью рыться, хоть у двери сторожить.

— Ты вообще можешь представить, что тут есть? — спросил Ньют, всё так же следя за людьми снаружи.

— Не-а, да и представлять не хочу. Наверняка что-то мерзкое, — без лишних раздумий ответила я.

— Например? — поинтересовался он.

— Ну не знаю... может, фотографии какие-то. А может, ещё что-то. Но это, как я поняла, цветочки, — ответила я ему, снова встав коленями на землю напротив кровати и заглянув под неё.

Снова этот противный запах ударил в нос, но он уже был не таким сильным.

— Фу, тут что, умер кто-то?

Ньют из любопытства повернулся ко мне и начал разглядывать издалека «что же там воняет?».

— А ты прикинь, я это уже второй раз нюхаю, — произнесла я.

И вправду, я уже второй раз самовольно иду сюда и нюхаю этот "прекрасный аромат".

— Мм, прям рай для моего носа, — добавила я с сарказмом.

На что Ньют лишь посмеялся и подошёл ко мне.

— Всё, иди отсюда, твоя очередь на шухере стоять.

Он взял меня под локоть и поставил на ноги.

— Как скажешь.

Я подошла к двери и начала слушать, что там снаружи.

— Енола, я что-то нашёл, — Ньют подозвал меня жестом к себе.

Я оторвалась от стены и подошла к нему.

— Что там? — спросила я.

— Хрен знает, но что-то большое.

С этими словами он достал из-под кровати коробку среднего размера. В ней были папки и фотографии.

Я взяла одну из них, и там была какая-то капсула с жидкостью, а внутри — огроменная тварь, которая больше смахивала на сколопендру. Хоть она и была свернута, но можно было разглядеть, что у неё было очень много ног.

— Мать твоя, это что за хрень? — я показала Ньюту фотографию.

— Гриверы, — сразу же ответил Ньют.

— Кто-то? — переспросила я.

— Ну, гриверы — те, кто были в лабиринте, — пояснил он.

— У нас их называли Жвалы. И у нас был огроменный паук, а не какая-то сороконожка, — сказала я, указав на фото.

Он лишь отмахнулся:

— Да похеру, как их звали. Главное, что смысл понятен.

Он продолжал рыться в коробке, как и я.