Глава 1

Джеймс Истон, даунсайдский агент ФБР, невысокий, полный, лысоватый человек, разменявший шестой десяток, начинал свою карьеру в гангстерский период. В ту пору он, полный честолюбивых помыслов, мечтал о блистательной карьере, но жизнь распорядилась иначе.

В первой же перестрелке Истон обнаружил горькую правду – он был трусом. И с этим ничего нельзя было поделать. Тут, утешал он себя, все зависит от желез внутренней секреции. Одним железы позволяют смотреть в лицо вооруженному бандиту, другим, вроде него, – нет. С тех пор он старался избегать опасности; в результате его перевели из Сан-Франциско в Даунсайд, и он оказался не у дел – показатели преступности в этом городе были едва ли не самые низкие по стране.

Он располагал кабинетом и секретаршей. Девушку звали Мэвис Харт. Скорее дурнушка, чем красавица, молоденькая Мэвис позволяла Истону всякие вольности, и он испытывал к ней за это благодарность. Она скрашивала его монотонное существование. Семейная жизнь опостылела Истону. Жена давно догадывалась о его связи с Мэвис, и в те редкие часы, которые он проводил дома, отыгрываясь, донимала его как могла. Помимо злой ревнивой жены, у Истона была язва, пугавшая его и причинявшая ему боль.

В девять тридцать, когда Истон просматривал почту, зазвонил телефон.

Агент струхнул не на шутку, когда шериф Томсон сообщил ему о похищении заработной платы из питсвиллского банка.

Истон слушал шерифа; сердце его ушло в пятки, лицо вытянулось.

Столько лет он жил спокойно, без волнений, и вот на тебе, серьезное преступление. Теперь пресса раструбит всем о его беспомощности.

– Господи! – воскликнул он. – Исчезла, говорите?

Голос Истона звучал так тревожно, что Мэвис, наливавшая в стакан молоко, которое агент пил каждые два часа, обернулась и с беспокойством взглянула на шефа.

Шериф продолжал говорить. Истон прервал его:

– Хорошо, хорошо. Выезжаю.

Его полное лицо лоснилось от пота. Он ощутил боль в желудке.

– Что стряслось, милый? – спросила Мэвис.

– Какой-то негодяй утащил деньги из питсвиллского банка! – выдавил из себя Истон. – Триста тысяч долларов. Вот несчастье! Я погиб.

Мэвис побледнела. Она знала, что Истону не справиться с крупным делом. В первый момент ее охватила паника, но она тут же принялась успокаивать Истона.

– Все уладится, милый, – ласково сказала она. – Выпей молочко. Тебе надо позвонить старшему агенту в Сан-Франциско.

– Я сам знаю, что мне делать! – выпалил Истон.

Он взял стакан из рук Мэвис и отпил половину.

– Вот невезенье! Восемнадцать месяцев до пенсии, а тут такое...