Глава седьмая
Как только прозвучал сигнал балластной тревоги, Джинн велела слить всю воду для ванн и прачечных, чтобы быстро облегчить корабль. Дирижабль стремительно набирал высоту, но в разреженном воздухе его грузоподъёмность падала, и о таких роскошествах, как ванная нечего было и мечтать. Фил быстро открыл все сливные клапаны и, услышав хлопок выплеснувшейся воды, тут же схватился за ближайшую трубу, чтобы удержаться на ногах. «Тициан», избавившись от части веса, резко прыгнул. Нужно было продолжать в том же духе.
В котельной не было окон, и поглядеть на вражеские аэропланы не удавалось, но сирена под потолком по-прежнему заунывно выла, а значит – бой продолжается.
Выполнив указание, механик спустился ниже, за своей хозяйкой. Джинн ловко карабкалась по железным скобам на стенах, будто бы маленькая обезьянка. Преодолев два люка, они оказались в небольшом тамбуре, в самой нижней части пассажирской гондолы. Девушка распахнула дверь и ринулась вперёд, по небольшому железному мостику, соединявшемуся с машинным отделением. Фил заторопился следом.
В угрожающей близости пронёсся кригийский аэроплан, делая круг, для очередной атаки. Застрекотали пулеметы, пилот заметила две крохотные фигурки на соединительном мосту и открыла огонь. Пули засвистели у механиков над головами, и Филу пришлось пригнуться.
Бежавшая впереди Джинн, слишком резко затормозила, наклоняясь, и рухнула носом вперед, распластавшись на железном полу. Юноша тоже не успел остановиться и, споткнувшись о деревянную ногу хозяйки, рухнул прямо на неё. Мостик угрожающе зашатался, а на машинной палубе что-то громко взорвалось. Аэроплан пошёл на второй круг, временно отдаляясь от дирижабля.
Девушка извернулась под навалившимся на неё рабом и недовольно воззрилась на него. Филидор невольно залюбовался тонкими, птичьими чертами Джинн. Ее нельзя было назвать красавицей. Нос у девушки был слишком длинным и острым, как у маленького мышонка, бровь рассечена, коротко стриженые волосы имели блеклый пшеничный оттенок, а губы вытянулись в недовольную, холодную ниточку. Джинн Хоффман не была похожа на утонченную и милую Энни Лоурен, которая так понравилась юноше вчера, но было в девушке-механике что-то чарующее и прекрасное. Быть может льдистые, светлые глаза, холодно глядевшие на него из-под насупленных бровей?
— Что глаза вылупил? – гаркнула хозяйка, перекрывая рокот, приближающегося самолета. – Так и будешь на мне лежать?!