Глава 1
Глава 1. Когда стены начинают говорить
«тук-тук-тук».
Сначала звук проскальзывает в сон — не резко, а почти бережно, словно откуда-то издалека. Будто кто-то стучит не в дверь, а в саму ткань реальности, проверяя, насколько она вообще выдерживает утро.
А я всё еще где-то на тёплом песке, под слишком ярким солнцем, в каком-то неправдоподобно идеальном сне, где есть море, лёгкий ветер и Джуд Лоу, который смотрит на меня так, будто знает обо мне больше, чем я сама.
Что может быть лучше?
«тук-тук...»
Тишина.
А потом длинное «дррррррр».
Звук ломает всё сразу. Он не просто громкий, а раздражающе громкий и настоящий. Слишком настоящий для места, где я только что была. Я морщусь, пытаясь изо всех сил удержаться за остатки сна, но он рассыпается резко и быстро, под сопровождение ещё одного затяжного «дрррррррр».
Ладно, это уже не сон, а моя квартира, и кто-то, судя по всему, решил с утра пораньше заняться разрушением стен и моего хорошего настроения.
Какого чёрта?
Я открываю глаза с таким усилием, будто это отдельное решение, требующее силы воли. Тело тяжёлое, хотя я ещё даже не встала. А телефон на тумбочке показывает 08:05. Экран гаснет и почти сразу загорается снова.
«Доброе утро».
Я не открываю, мне не нужно его видеть, чтобы знать от кого оно. Уже как три месяца от меня нет ни одного ответа, но он всё ещё пишет каждое утро, без перерыва, как по расписанию.
— Нет... — выдыхаю я, утыкаясь лицом в подушку.
Осознавая, что у меня было всего лишь пять часов сна.
Пять...
В единственный день, когда я могла позволить себе не существовать до обеда.
«дррррр».
— Я уже ненавижу этот день, — говорю в подушку.
Потому что это не просто утро, это дурацкие последствия, и потому что утро — это всегда он. Со своим спокойным, как ни в чём не бывало: «доброе утро».
Как будто ничего не случилось, как будто я не видела, как будто мы всё ещё...
Я сильнее вжимаюсь лицом в подушку.
Вчера я была в пекарне до трёх часов ночи. Потому что невеста, которая заказывала у нас торт, конечно же, за сутки до свадьбы решила, что двухъярусный торт выглядит «слишком скромно». Слишком скромно.
— Это наши деньги, Фло, — сказал Гилиан — мой начальник — в девять вечера и ушёл.
Оставив меня одну с дурацким тортом, кремом и чужими «срочно». Я, конечно же, осталась. Потому что «наши деньги» всегда почему-то означают «мои нервы».