Первый дневник Офелии
Ночные коридоры академии Невермор, обычно полные шепотков и интриг, сейчас были погружены в густой, вязкий сон. Тени от горгулий вытягивались на каменном полу, словно когтистые лапы, пытающиеся ухватить редких прохожих. Но некоторым в этот «час волка» не спалось: жажда истины, как известно, сильнее потребности в отдыхе.
- Я надеюсь, ты не потерял кулон Агаты? Тот, который она в панике обронила, когда убегала? - голос Уэнсдей эхом отлетал от холодных стен. Она шла уверенно, чеканя шаг, не оглядываясь по сторонам. - Мне нужен этот артефакт. Это единственная ниточка, чтобы подтвердить мои теории о том, что я узнала.
Вещь, семенящий рядом на кончиках пальцев, издал серию ритмичных постукиваний по камню, заверяя хозяйку, что драгоценная улика надежно спрятана в недрах её письменного стола.
- Превосходно, - кивнула Уэнсдей, и в её тоне проскользнуло мрачное удовлетворение. - Тогда не будем терять времени. Попробуем ещё раз взломать её воспоминания. Эта тайна не уйдет со мной в могилу. По крайней мере, не сегодня.
Она толкнула тяжелую дубовую дверь своей комнаты. Петли привычно скрипнули, и помещение встретило её непривычной, почти звенящей пустотой. Раньше, переступая этот порог, Уэнсдей словно попадала под перекрестный огонь: её черно-белый мир сталкивался с радужным взрывом. Половина Инид всегда была... вопиюще живой. Разбросанные плюшевые игрушки, постеры, запах сладких духов - всё это было хаосом, который, как ни странно, уравновешивал стерильный порядок стороны Аддамс. Но сейчас здесь царила лишь тишина. Уэнсдей любила покой больше всего на свете - он был её естественной средой обитания, как формалин для заспиртованного образца. Но с появлением оборотня в её жизни эта тишина перестала быть уютной. Она стала... оглушающей. Доставляла странный, зудящий дискомфорт где-то в районе грудной клетки.
Погруженная в эти несвойственные ей размышления, Уэнсдей вошла в комнату, не сразу заметив изменение в атмосфере. Воздух был другим - наэлектризованным, чужим. Она закрыла за собой дверь, отсекая коридорный сквозняк, и щелкнула выключателем.
Вспыхнувший свет мгновенно выхватил из полумрака фигуру, бесцеремонно расположившуюся за её рабочим столом.
Уэнсдей замерла. Её лицо, обычно непроницаемое, как могильная плита, на долю секунды дрогнуло. Она ожидала увидеть кого угодно - заблудшего призрака, очередного монстра или дух директрисы Уимс, - но только не его.