32 глава. Шехзаде
Пять лет изменили не только лица, но и сам дворец.
Когда-то здесь всё казалось спокойным и предсказуемым. Каждый знал своё место, каждый боялся сказать лишнее слово, каждый шаг был выверен. Но теперь даже мраморные стены будто научились хранить слишком много тайн.
Во дворце Топкапы вновь наступило утро. Лучи солнца мягко скользили по резным колоннам, по фонтанам, по дорожкам внутреннего сада. Служанки спешили по своим делам, калфы отдавали распоряжения, евнухи проверяли охрану, а в гареме уже шли первые тихие разговоры, в которых было больше шёпота, чем слов.
Имя Хатидже Султан по-прежнему звучало в этих стенах с почтением.
А иногда и со страхом.
Она изменилась.
С каждым годом в ней становилось всё меньше мягкости, которую когда-то знали лишь самые близкие. Она всё так же оставалась прекрасной, величественной, гордой, но теперь её красота была холодной, как лезвие. В её взгляде появилась власть. В её голосе — уверенность, которой невозможно было перечить.
В это утро она сидела на мраморной террасе, держа в руках свиток с донесениями из дворца. Рядом стояла Нигяр Калфа, как всегда собранная, внимательная и тихая.
— Повтори ещё раз, — холодно произнесла Хатидже, не поднимая глаз.
— Госпожа, одна из младших служанок передала слова из гарема наружу.. — тихо ответила Нигяр. — Её уже нашли.
Хатидже медленно подняла взгляд.
— И что именно она передала?
Нигяр на мгновение замялась.
— Слухи о том, что во дворце растёт напряжение.. О том, что сыновья Хюррем Султан становятся всё влиятельнее.. И о том, что некоторые уже шепчутся о будущем престоле.
На несколько секунд воцарилась тишина.
Хатидже сжала свиток сильнее.
— Люди слишком рано начали думать о троне, — спокойно сказала она. — А те, кто думают о нём раньше времени, обычно плохо заканчивают.
Нигяр склонила голову.
— Что прикажете делать с той служанкой?
Хатидже поднялась.
Длинное платье мягко скользнуло по мрамору, а на лице её не дрогнул ни один мускул.
— Наказать при всех. Десять ударов палкой и изгнание из гарема. Пусть каждая во дворце запомнит: язык может стоить дороже жизни.
— Как прикажете, Госпожа.
Нигяр поклонилась и уже хотела уйти, но Хатидже остановила её:
— И ещё.. передай, чтобы сегодня за обедом Хюррем Султан присутствовала лично. Я хочу посмотреть ей в глаза.
Нигяр вновь склонилась.
— Слушаюсь.
Когда она ушла, Хатидже на мгновение прикрыла глаза.