20)27 апреля. Дожились./Дожили.

Ты все также застреваешь в моей глупой голове,

Но я также закрываюсь и не открываю дверь.

Я так устал от всего.

Я так устал врать.

19 апреля прошло будто бы и незаметно. Незаметно для Антона. После 17-го числа не хотелось вообще ничего, не то что устраивать праздник.

По приезде к Антону в квартиру, одноклассники молча посидели на кухне около получаса, вышли в парадную, покурили, вернулись обратно. Заварили себе кофе.

Арсений отвечал на вопросы односложно, ещё больше закрываясь, чем обычно. Ему было действительно стыдно. Сколько бы он ни пытался объяснять новичку, что тот поцелуй был по пьяни и на эмоциях, дело прогорало совершенно. Шастун хоть и пытался услышать Попова, но ничего, кроме «я не знаю, как так получилось, что за разговором я его поцеловал», он не хотел воспринимать. Парень психовал, ходил из стороны в сторону по и так маленькой кухне. Антону казалось, что мир в тот день просто рухнул. Причём драматизировал он конкретно.

Арсений раз пятнадцать повторил, что нет смысла психовать лишний раз, и припомнил ситуацию с Ирой.

Казалось, что после этих слов новичок либо вытолкнет Попова в окно со второго этажа, либо пнëт за дверь. Он буквально находился в состоянии нестояния каждую секунду, загораясь всё сильнее.

Уже было непонятно, что на него так действовало. То ли тот факт, что поцелуй был именно с Серёжей, то ли то, что одноклассник так ничего и не рассказал спустя время. Причина для конфликта была совершенно дурацкая, и оба это понимали, но сделать со своими эмоциями ничего не могли.

Арсений объяснялся, пытался спокойно поговорить, Антон упорно старался не переходить на крик и всем своим видом показывал, что он сдерживается, чтобы не начать посылать благим матом.