Поэзия и тишина

Городской конкурс «Юные голоса» проходил в актовом зале старой библиотеки. Пахло древесиной, пылью и волнением. Лера стояла за кулисами, сжимая в руках смятый листок со стихами. Она повторяла про себя строчки, но в голове звенело: «А если все засмеются? Если Яна права?»

Зал был полон. Среди зрителей она заметила Максима — он сидел в третьем ряду и подбадривающе подмигнул. Рядом с ним... была Яна. Она что-то живо обсуждала с группой одноклассников,периодически бросая взгляды на сцену.

Когда ведущая объявила: «Лера Иванова — „Бумажные журавлики“», в зале наступила тишина. Лера вышла под свет софитов, чувствуя, как дрожат колени.

«Когда страх становится слишком тяжёлым,
Я складываю его в бумажного журавлика...»

Вдруг с громким смехом поднялась Яна. Она демонстративно достала телефон и начала записывать видео, шепча что-то соседке. В зале зашептались. Лера замолкла, глядя в пустоту. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

И тут произошло неожиданное. Максим встал с места, подошёл к Яне и спокойно, но твёрдо сказал:
— Ты всегда хочешь быть в центре внимания. Сегодня — не твой день. Сядь.

Яна замерла с открытым ртом. Внезапно из глубины зала поднялась хрупкая девочка в синем платье — та самая, что оставила фиалку. Она не сказала ни слова, просто посмотрела на Яну — и та медленно опустилась на стул.

Лера сделала глубокий вдох и продолжила — уже громче, увереннее. Когда она дошла до финальных строк, голос дрожал, но уже не от страха, а от силы:

«И когда ветер уносит моих журавлей,
Я понимаю — свобода начинается там,
Где заканчивается чужое мнение...»

Зал взорвался аплодисментами. Яна молча вышла из зала, хлопнув дверью.

После выступления к Лере подошла та самая девочка в синем:
— Меня зовут Алина. Ты была прекрасна. Я... я тоже пишу. Иногда.Она протянула Лере новую фиалку и маленькое письмо:
«Спасибо, что даёшь голос тем, кто боится говорить»