глава 2
2 Глава
– Что значит…
Мартин не успел закончить, так как дверь в библиотеку отворилась, и их беседе с глазу на глаз пришел конец.
В помещение зашел человек лет тридцати пяти с гладко выбритой головой и ястребиным носом. Он проигнорировал двух беседующих мужчин, и сразу направился к стеллажам с книгами.
Профессор всеми силами пытался вести себя спокойно. Но Мартин все же заметил, как побелело его, и без того бледное, лицо.
– Я говорю: у меня для тебя сюрприз. – быстро ретировался Ковдик. – пойдем, покажу.
Он не спеша поднялся с кресла, и дал знак Мартину, чтобы тот следовал за ним. Полицейский находился в полном недоумении, докуда не понял, что хотел показать ему профессор.
– Пластинки!
– Они самые! – радостно подтвердил профессор.
Глаза Мартина перебегали с одного плотно заставленного ряда к другому. Никогда в своей жизни он не видел столько виниловых дисков собранных в одном месте.
– Это одна из не многих школ штата, которая может похвастаться подобной коллекцией.
Рука профессора потянулась к стеллажу, откуда он, казалось бы наугад, извлек внушительных размеров конверт. Бережно он разместил пластинку на барабане проигрывателя. И в следующее мгновение помещение погрузилось в звуки мелодии, когда-то навеянной Бетховену.
– Прямо как в добрые времена, – сказал Мартин.
– Знал, что тебе понравится. После смерти жены я подарил школе большую часть своих пластинок. Без нее почти вся музыка как бы утратила смысл.
– Я помню, как мама устраивала целую охоту по всем антикварным лавкам, чтобы пополнить свою коллекцию пластинок, – предался воспоминаниям Мартин, - хотя ее трудно назвать ценителем музыки, скорее она была большим любителем старинных вещей.
– И я ее прекрасно понимаю, - проговорил профессор,- большую часть своей жизни я что-то изобретаю. Хотя многие вещи прекрасны в своем первоначальном виде. В эпоху цифровых технологий нужно постараться не забыть пилигримов, которые своим потом проложили дорогу для последующих поколений.
– Пилигримов, таких как Эмиль Берлинер ? – поинтересовался Мартин.