Глава 14. Три дня спустя
Молли, которая уже заканчивала прибирать кухню в домашнем платье и фартуке, ничего не стала спрашивать. И Феликс даже этому благодарен… пока не понимает, что супруга кривится, почувствовав запах алкоголя, сигарет, духов и машины. И сутана… Боже, он едва ли не впервые приходит домой без своего облачения. Как только мог забыть? Он уже было открывает рот, хотел оправдаться, но Молли безразлично отворачивается, продолжая протирать столешницу. Казалось, она даже не хочет развивать возникшую на мгновение мысль. Феликс прекрасно понимал ее позицию. Он и сам не хотел. Ведь все самые греховные и грязные мысли, по какой-то причине, становились явью… это и пугало сильнее всего.
Следующие дни ничем не отличались друг от друга. Собственно, такой обычной была вся его жизнь. Раньше это вполне устраивало. Почему же сейчас это больше не приносит былого спокойствия? Мысли роились в голове и жалили больнее пчёл. Отвращение к себе, что давно уже жило в груди, теперь разрасталось всё сильнее с каждым днём. Хотя, больше не вызывало физического отторжения…
Было ли это потому что Бог видел его срадания? Видел, что всё происходящее происходило не по воле Феликса? Он был не виноват… Абсолютно точно нет! Всё этот дьявол, истинный змей-искуситель, посланный из Ада специально, чтобы сломить его — искренне праведного человека. Он не мог быть виноват. Просто посланник дьявола всегда останется прекрасен, речи его будут сладки, а руки нежны…
«Не ложись с мужчиной, как с женщиной: это мерзость» — гласил Левит, глава 18, стих 22.
Яснее и быть не могло. Но ведь мерзостью была лишь их связь, факт предательства праведником божьего закона… Элиас сам по себе не мог быть мерзостью. Значит не было надобности заставлять себя его ненавидеть, ведь так? Нет, мерзким здесь был только Феликс и его слабоволие. И это было необходимо перебороть.
Три дня тянулись как вечность. Феликс еле дождался этой злосчастной субботы. Единственный день, когда Элиас гарантированно оказывался у церкви. Даже если всю остальную неделю он мог просто игнорировать существование христианства как явления, в этот день он привозил своих младших братьев и сестру на уроки к Катарине. Это продолжалось уже больше полугода, у Феликса не было причин сомневаться в том, что и сегодня они точно увидятся.