Глава 4.2 Аграфена
С нетерпением Феня ждала новой репетиции. К счастью, на эти пару дней ее внимание захватила работа, поэтому некогда было скучать и вздыхать, но каждый вечер, как только она оставалась одна, хандра охватывала ее безжалостными тисками, до боли стискивая грудную клетку.
Почему время тянулось так долго именно теперь, когда она нашла что-то по-настоящему важное? Не странно ли это? Еще недавно Эсперова тряслась от волнения и боялась, что ее не примут в коллектив, — и даже малодушно хотела этого, надеясь избежать дополнительного стресса, — а теперь отсчитывала часы до следующей встречи. После знакомства с группой ее сердце и мысли в любую свободную минуту устремлялись в гараж. Там она чувствовала себя уютно. На своем месте. Там все было правильно.
Собираясь на одну из репетиций, Феня поймала себя на том, что начала прихорашиваться перед выходом. Объяснив это желанием скоротать время, Эсперова не стала дальше копаться в причинах такого несвойственного ей поступка. Нет ничего зазорного в том, что она хотела выглядеть опрятно, ведь так? Уверенно кивнув себе в зеркало на этот немой вопрос, она улыбнулась и вышла за дверь, плотно закрыв ее на четыре замка.
В гараже были только Люцифер и Ираклий, и от этого настроение Аграфены поугасло. Ожидание в компании этих двоих обещало быть долгим и тягостным. Но не успела она окончательно расстроиться, как ее внимание привлекла некая странность.
Реморов, прежде сидевший боком в углу дивана, обернулся, потянувшись за подлокотник, чтобы поставить на пол бутылку с водой, и Феня заметила на бледной щеке яркую ссадину.
— Привет, ты в порядке? — заботливо спросила она, но, сделав шаг в его сторону, вынуждена была остановиться, прикованная к месту холодным взглядом нефритовых глаз. Аграфена невольно отступила. По-видимому, добившись желаемого эффекта, Люк уставился в экран телефона, так ничего ей и не ответив.
— Привет, чай хочешь, пока остальных ждем? — предложил Ираклий, то ли стараясь загладить неловкую ситуацию, то ли и вовсе ее не заметив.
— Какой?
— Траву.
Аграфена с сомнением и даже с осуждением посмотрела на басиста, но он сразу же поднял руки в капитулирующем жесте.
— Эй, ты плохо думаешь! Это мой бабулянтус травку собирала. Там все прилично. Мы не эти, которые все вот эти вот баловники.
Несмотря на поразительную содержательность фразы, Эсперова все же поняла, что он имел в виду. Из девиза большинства рок-групп «секс, наркотики, рок-н-ролл» в «Пандемии» приветствовался исключительно рок-н-ролл. Что ж, тем лучше.