Два сильно влюблённых мужчины

«Асли, пожалуйста, замолчи», — сказал Толга, голос его был хрупким, но решительным.
В тот самый момент, в углу двери, тихо слушая их, из глаз Нилая потекло большое море печали. Она молча и глухо плакала.
Асли заметила это. Она быстро взглянула на Нилая, и внутри поднялась невыразимая боль.
«Толга, уйди отсюда», — сказала Асли строго, глаза её потемнели.
Но Толга медленно сделал шаг вперёд, руки его дрожали.
«Но Асли, я…»
«Я люблю Керема», — ответила Асли тихо, но с твёрдой решимостью.
Сердце Толги в тот момент рухнуло, услышав имя своего ближайшего друга. Казалось, молнии пронзали его, мир вокруг рассыпался на куски. Всё перевернулось; жизнь, мечты, сердце…
В этот миг в мире Толги разразилась огромная буря.
Толга был разбит на части. Части его сердца один за другим ломались, душа падала в глубокую пустоту. Он притормозил машину на пустынном берегу. Когда мотор замолчал, ночь окутала тишина.
Он глубоко вздохнул, затем закричал так, что эхо долго разносилось над волнами. Кричать, рыдать, падать в отчаянии — всё было недостаточно. Боль, накопившаяся внутри, прорвалась, словно буря.
В ту ночь он хотел прекратить все страдания. Пусть сердце горит сколько надо, пусть душа страдает сколько угодно — он хотел навсегда унять эту бурю. Возможно, он больше никогда не сможет любить.
Но внутри была тяжесть семьи — ожидания, ограничения…
С одной стороны — Асли, её любовь, надежды, разбитые мечты…
С другой — его лучший друг Керем.
Все они превратили мир Толги в хаос, сбросили его на край существования.
Буря внутри Толги не утихала. Он оказался в саду у Керема и выплеснул всю свою накопившуюся злость в крик:
«Керем! Выходи!»
Дверь приоткрылась, Керем вышел с удивлённым взглядом.
«Что случилось, брат?» — спросил он с тревогой.
Голос Толги стал ледяным и резким:
«Ты знал, правда? Ты специально сделал это. Ты играл со мной, зная о моих чувствах к Асли».
Сердце Керема сжалось, слова застряли в горле:
«Асли? Та самая Асли?»
Взгляд Толги горел огнём:
«Да, та самая. И я уверен, что ты тоже знал. Но молчал».
«Я не знал…» — сказал Керем, но два друга, связываемые долгой дружбой, оказались разбитыми в пыль в этой буре ярости.
Тень любви отбрасывала на братство тень обиды и тихой войны.
Толга с ироничной улыбкой слегка наклонил голову, уставился в глаза Керему и холодно сказал:
«Не знал? Ну, какой же ты наивный. Твоя жизнь, прошлое и статус слепили тебя».
Как только слова повисли в воздухе, Толга резко схватил Керема за руку и потянул. Глаза встретились, лёд между ними треснул — началась драка.
Два друга столкнулись в саду, выпуская на волю всю накопившуюся ярость. Пощёчины, толчки, злые взгляды — каждый удар означал крах ещё одной мечты и дружбы.
В этот момент из дома вышли отец и мать Керема. Их встревоженные голоса раздались:
«Сынок, Толга! Вы же друзья, что происходит? Почему вы дерётесь?»
Мать, разводя руками, мягким, но твёрдым голосом сказала:
«Дети, успокойтесь, пожалуйста. Выслушайте друг друга. Гнев ничего не решит».
Оба были запыхавшимися, в их глазах читалась и злость, и обида. Но эти слова немного уняли бурю.
Керем с набежавшей тоской, но твёрдо сказал:
«Больше не произноси имя Асли».
В этот момент над братством двух друзей словно нависла чёрная тень; в сердцах — обида, в словах — молчание, в глазах — что-то невыразимое.