Подарок

Джейн лежала в вязкой темноте, слушая, как настенные часы отсчитывают последние секунды её детства. Прошлый июль... тогда мир казался плоским и понятным. Она была просто прилежной отличницей из другой школы, которая даже не подозревала о существовании Джека Блэквелла. Тогда её горизонт ограничивался списком литературы на лето, а сегодня... сегодня воздух в комнате казался наэлектризованным.

Она намеренно скрыла дату от Джека. Ей казалось это чем-то слишком личным, почти сакральным. Она была уверена, что встретит свои восемнадцать в тишине, наедине с собственными мыслями.

«С днем рождения, Джейн. Теперь ты взрослая», — прошептала она самой себе, когда стрелки сошлись на двенадцати.

В ту же секунду тишину дома разрезал настойчивый, требовательный звонок в дверь. Джейн вздрогнула, подтягивая одеяло к подбородку. «Эрик? Неужели брат наконец-то соизволил вернуться от Сидни?» Она не спешила вставать — знала, что мама, наверняка еще не спит.

Но вместо привычного ворчания матери из прихожей донеслись знакомые голоса, от которых сердце Джейн пустилось вскачь. Она набросила халат и вышла в коридор, застыв в дверях.

В маленькой прихожей было тесно от людей и смеха. Лиам с Кэсси, Сидни под руку с Эриком... и в самом центре — Джек.

Он выглядел непривычно официальным и пугающе красивым. В руках он сжимал огромную, почти неподъемную охапку белоснежных лилий. Джейн видела, как он протянул их Изобель с коротким, уважительным поклоном.

— Спасибо вам, Изобель, за такую прекрасную дочь, — произнес он. Его голос, обычно резкий и властный, сейчас звучал глубоко и искренне.

Затем Джек перевел взгляд на неё. Весь холод и сталь, которыми он обычно отгораживался от мира мгновенно испарились. Он подошел ближе, и в его руках оказался второй букет — скромная, пахнущая медом и солнцем охапка полевых ромашек.

— Твои любимые. С днем рождения, принцесса.

Джейн приняла цветы, чувствуя, как их терпкий аромат кружит голову. Она переводила взгляд с Джека на улыбающихся друзей, не в силах вымолвить ни слова.

— Ну что стоишь, именинница? — Сидни весело подтолкнула её локтем. — Где твое гостеприимство? Мы тут, между прочим, за тортом в очереди не стояли, мы его отвоевывали!

Дом мгновенно наполнился шумом и жизнью. Пока мама за считанные минуты накрывала стол, Лиам с гордым видом водрузил в центр огромную коробку.