Иллюзия,что у врага есть козырь, намного ценнее, самого козыря.
Джейн стояла перед зеркалом в своей спальне, судорожно пытаясь застегнуть верхнюю пуговицу белой блузки. Её пальцы дрожали, а в отражении она видела то, что заставляло её сердце пропускать удары от смеси смущения и легкой паники.
На нежной коже шеи и чуть ниже ключицы расцветали яркие, отчетливые отметины — немые свидетели их бурной ночи.
— Я вся фиолетовая, Джек! — почти вскрикнула она, оборачиваясь к нему. — Посмотри на это! Это же невозможно спрятать!
Джек, который вальяжно прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, даже не шелохнулся. На его губах играла ленивая, самоуверенная улыбка хищника, который более чем доволен результатом своей охоты. Он медленно подошел к ней, сокращая расстояние до минимума, и заглянул в зеркало через её плечо.
— Мой любимый цвет, принцесса, — прошептал он ей прямо в ухо, и его горячее дыхание заставило её снова вздрогнуть.
— Это не смешно, Джек! — Джейн попыталась оттолкнуть его, но он лишь перехватил её ладони, прижимая их к своей груди. — Ты хоть понимаешь, как я буду выглядеть? В школе все сразу всё поймут. Сидни, Кэсси...теперь я не смогу носить открытую одежду, а скоро лето! Мне придется ходить в водолазках в тридцатиградусную жару?
Джек рассмеялся — низко, бархатисто, и в этом смехе не было ни капли раскаяния. Он развернул её к себе, заставляя смотреть прямо в его потемневшие глаза.
— Значит, будешь ходить в моих рубашках с высоким воротом, — отрезал он, осторожно касаясь кончиками пальцев самого яркого пятна на её шее. — Пусть все смотрят. Мне плевать на лето, Джейн. Главное, что под этой формой — следы моих губ, а не чьих-то еще.
Он снова наклонился, словно собираясь добавить еще одну «отметину», но Джейн вовремя закрыла шею ладонью, возмущенно глядя на него.
— Даже не думай, Блэквелл! Нам пора. И помоги мне найти тональный крем, иначе я никуда не поеду.
Джек лишь хмыкнул, нехотя отстраняясь.
Дорог к Академии была пропитана густым, почти электрическим напряжением. Джек вел машину одной рукой, в то время как вторая, тяжелая и горячая, уверенно покоилась на бедре Джейн. Его пальцы то и дело сжимались, сминая ткань форменной юбки, а затем начинали медленное, дразнящее движение вверх, пробираясь под край ткани. Когда его ладонь опасно скользнула по внутренней стороне бедра, стремясь нащупать кружево белья, Джейн судорожно выдохнула.
— Джек, смотри на дорогу, мы же не доедем, — прошептала она, пытаясь перехватить его руку, но ее собственное тело предательски отозвалось на его прикосновение.