Глава 11

Он знал, что хозяин будет в своем кабинете.

Был.

Сидел на коленях и нежно гладил ноги золотой статуи в человеческий рост. Трепетал пред ней, пред высшим для него божеством, и плакал. Привычно и тихо. Спокойно. Возносил ее память и даровал истинную скорбь.

Каждый день, в шесть утра и десять вечера, он свято нес ритуал. Ежедневно возносил память погибшей жены, его богини, его безумства. Кажется, золото со стоп статуи уже начало слезать от разъедающих его каждый день слез.

- Ты исполняешь веленое? - даже не оборачиваясь, спросил хозяин.

Человек слегка помедлил - всего секунду - и честно сказал:

- Да. Я все делаю, как вы велели.

- Блестяще, сын мой. Блестяще... - хозяин поднялся, переместился к мини-бару и вынул оттуда полупустую бутылку дорогого вина. - Выпить хочешь?

- Хочу.

- А я тебе не дам. Ты, малыш... не обижайся, когда выпьешь, сам не свой становишься. Не надо расстраивать всевышнюю... Ей и так тяжело каждый день любоваться бражниками. Она таких не любит.

Человек гневно фыркнул.

- Да она никого не любит! Только ремни толстые, сапоги кожаные да пробежку перед сном...

Хозяин резко поднял ладони. Замер. Медленно погрозил пальцем:

- Она - свет сакральный, она - сама любовь! Чистая, искренняя и непорочная! Только она пока не знает об этом... Она ведь сама считает себя каменной женщиной. Считает, что не способна на чувства... Ошибается! Способна! Да на какие! Великая богиня, великое создание...

Человек скрестил на груди руки. Сплюнул.

- Так чего ж мне делать-то? Помочь ей эти самые чувства... чувствовать научиться?

Тот с усмешкой посмотрел на человека. Глотнул вина.

- У тебя задание есть, - бросил хозяин, - вот его и выполняй. А ее пока не трогай. Может, потом... Не ты любви ее достоин, сын мой. Не ты.

- А кто? Вы, что ли? - с неслыханным остервенением вынес он.

- А ты во мне сомневаешься?

Ему стало смешно.

- Вы ж старый, - констатировал он.

- Но ведь когда-то я тоже был молодым, - загадочно улыбнулся хозяин. - Молодым, красивым.

- И что с того?

- Думаешь, я рад, что постарел? Правильно думаешь. Очень рад. Неописуемо рад. О... я так обожаю смотреть на свои иссохшие руки, обводить морщинки на лице, любоваться дряхлой кожей...

- Может, вы расскажете мне наконец, что за цель мы преследуем? Чью жизнь хотим спасти? И чью - погубить? В чем будет заключаться моя выгода?

- Слишком много лишних вопросов, сын мой...