Зоя и Тамар

Прошло две недели. В понедельник в расписании появились два новых предмета – Тактика военного дела, которую обещал Николай Васильевич Горный, и Мудрость Гатрабии (древнего эстерайского государства, переставшего существовать три тысячи лет назад), которую вела Юлия Ивановна Синицына. Остальные занятия, с уже знакомыми ребятам преподавателями, шли своим чередом. Правда, подполковник Жокей стала ещё суровее. Однажды она выгнала Вектора с лекции за выходки, отправила в наряд и пригрозила гауптвахтой.

Рома постоянно думал о Василисе Архангельской, об их разговоре и о том, что их нынешнее общение свелось к «привет – пока». Он не мог выкинуть эту девушку из головы, в душе трепетали бабочки, и он должен был сказать ей обо всём этом.

Но не все курсанты были поглощены такими сладкими и противоречивыми чувствами. Зоя Иноземцева, получив особое разрешение, после занятий каждый день ездила к маме и проводила в больнице вечера. Тамар всячески поддерживал её: успокаивал и подбадривал. Девушке нравилось, что Тамар ухаживает за ней. Но ей по-прежнему было плохо и неспокойно и пока что не до любовных переживаний.

Как-то на занятиях по Информационной работе стратегической разведки Николай Васильевич начертил на голографической доске план антитеррористической тренировки и попросил Зоитерн выбрать правильный ответ. Девушка сидела на задней парте, и, взглянув на проекцию, обнаружила, что её зрение падает. Надписи расплылись. Зоя попросила разрешения пересесть поближе. Они с Янисом Лех Сартариасом поменялись местами.

Присаживаясь, Зоя задала вопрос, никого конкретно не спрашивая:

– Почему я стала плохо видеть?

Ответил ей Николай Васильевич:

– Я слышал, что произошло с твоей мамой. Желаю ей скорейшего выздоровления!

– Спасибо, – поблагодарила Зоя.

– Ты часто у неё бываешь?

– Да, каждый вечер.

– Я вижу, ты сильно переживаешь по поводу случившегося. Когда ты у мамы, бывает, что ты плачешь?

– Да, – без тени смущения призналась девушка. – Она засыпает, и я караулю её, в голову невольно лезут всякие мысли.

– Мама просит тебя почитать?

– Угу, я читаю ей газеты и книги.

– Ну, тогда причина ухудшения твоего зрения ясна. И общий стресс, естественно, сказался. Не волнуйся, этот процесс обратим.

– А как вы это поняли? – с интересом спросил Вектор.

– Просто предположил, – бесхитростно сказал Николай Васильевич. – Останься после занятий, я скажу, что тебе надо сделать, – обратился Горный уже к Зое.