5.3

– Не раньше? Не могло это быть около половины третьего?

– По-моему, нет, сэр. Я бы сказал, немного после четырех… не раньше.

– Благодарю вас, Мэннинг, этого достаточно, – любезно произнес Пуаро.

Садовник посмотрел на своего хозяина. Джон кивнул. Мэннинг откозырял, приложив оттопыренный палец к виску, и, что-то пробормотав, осторожно попятился из застекленной двери.

Мы все переглянулись.

– Господи! – пробормотал Джон. – Какое экстраординарное совпадение.

– Какое совпадение?

– Что моя мать составила завещание в день своей смерти!

Мистер Уэллс кашлянул и сухо заметил:

– Вы уверены, что это совпадение, Кавендиш?

– Что вы хотите сказать?

– Как вы мне говорили вчера, после полудня у вашей матери была с… с кем-то крупная ссора.

– Что вы имеете в виду? – снова воскликнул Кавендиш. Голос его дрожал, и он сильно побледнел.

– В результате этой ссоры ваша мать внезапно и поспешно составила новое завещание, содержание которого мы никогда теперь не узнаем. Она никому не сказала о том, как распорядилась наследством, а сегодня утром, несомненно, хотела проконсультироваться со мной по этому вопросу, но… Завещание исчезло, она унесла его секрет в могилу. Боюсь, Кавендиш, тут нет совпадения. Я уверен, мсье Пуаро, вы согласны со мной, что факты говорят сами за себя и наводят на размышления.

– Наводят на размышления или нет, – перебил Джон, – но мы очень благодарны мсье Пуаро за то, что он пролил свет на этот вопрос. Если бы не он, мы никогда ничего не узнали бы об этом завещании. Полагаю, мсье, я могу узнать, что прежде всего навело вас на подозрение?

Пуаро улыбнулся.

– Небрежно нацарапанные слова на старом конверте и свежепосаженная грядка бегоний, – ответил он.

По-моему, Джон собирался и дальше настойчиво задавать вопросы, но в этот момент послышалось громкое рычание мотора, и мы все повернулись к окну, рассматривая подъехавший автомобиль.

– Эви! – закричал Джон. – Извините меня, Уэллс! – И он быстро вышел в холл.

Пуаро вопросительно посмотрел на меня.

– Мисс Ховард, – объяснил я.

– О, я очень рад, что она вернулась. У этой женщины, Гастингс, есть голова на плечах и сердце. Хотя милостивый господь не наградил ее красотой.