Глава четвертая

Никос

Капитан тяжело вздохнул. Три дня Диона не покидала каюту, отказываясь от еды и общения. Он понимал её протест, но беспокойство росло. Сегодня он попросил Агату, её бывшую служанку, отнести обед. Если кто и мог убедить Диону поесть, то только она. Капитан прокрутил штурвал, его взгляд скользнул по карте. Остров Терса. Что-то важное ждало их там, но из-за сложностей перевода с древнегреческого, суть задания оставалась туманной. Это раздражало, как и заложница. Но пути назад, больше нет.

По легендам, эти земли населяют Грации – богини любви, доброты и невинности. Остается лишь надеяться, что именно у них найдутся ответы на мои вопросы.

Мужчина поднял голову, позволяя ветру ласкать лицо, и в его мыслях вновь всплыл вопрос: насколько верным было его решение оторвать Диону от привычного мира, невольно распахнув перед ней двери в совершенно иную реальность? Она, утонченная леди, теперь оказалась в окружении грубых, загорелых и потных мужчин, лишенная всякой возможности к бегству. Эта прекрасная птица, увы, теперь заперта, и вся вина за это лежит на мне...

Агата

Девушка постучала в дверь, но, не услышав ответа, всё же вошла.

— Диона? — позвала она. Пленница лежала на кровати, повернувшись к ней спиной. — Ты спишь?

Агата поставила поднос на стол и осторожно присела рядом с кроватью.

— Ты меня помнишь? Раньше мы были подругами. — Тишина. Но Агата была уверена, что её слушают. Она глубоко вздохнула и продолжила: — Я знаю, как сложно сменить шикарную комнату на это... — она обвела рукой скромную каюту, — и я прекрасно тебя понимаю.

Слышался лёгкий шорох. Девушка повернулась и присела ещё ближе. Хриплым голосом, после долгого молчания, Диона сказала:

— Не помню... Месяц назад на меня упала ветка, и я всё забыла. Память так и не вернулась, поэтому я тебя не помню. Расскажи, пожалуйста.

Грустно улыбаясь, Агата махнула рукой:

— Это длинная история.

— Видишь ли, теперь, когда я здесь — заложница, у меня полно времени. Так что я — идеальный слушатель.

— Ладно! — Агата поднялась с постели и протянула ей руку. — Только с одним условием: ты будешь есть, а я — рассказывать. Договорились?

На лице Дионы мелькнула тень сомнения и воинственной непреклонности. Но было видно, что деваться ей некуда, а встретить человека, который знал её до этого времени, было приятным отвлечением. Она кивнула, взяла Агату за руку, поднялась, и они прошли к столу.

На тарелках лежали фрукты, жареная рыба и овощи. После долгой голодовки Диона набросилась на еду, а Агата, кивнув, начала свой рассказ.