Глава дватцать пятая
Диона
Никос помог девушке присесть. Она приоткрыла рубаху, чтобы осмотреть рану, но на месте ушиба виднелось лишь легкое покраснение и очертания татуировки в виде песочных часов. "Значит, мне не обязательно садиться на трон," – пронеслось у нее в голове. – "Я отдала свою жизнь этому острову, и он счел меня своей. Теперь я полноправная хозяйка этих земель и этого храма."
Она подняла взгляд на Никоса.
- Я встретилась с Хроносом, – начала она, – и он сказал, что мы не можем умереть здесь по-настоящему. Леон об этом не знал. Ему было известно, что меня нужно было убить на острове, но не для того, чтобы Аид получил свое, а чтобы я обрела силы, которые по праву принадлежат мне.
Я рад и мне все равно, что там с сокровищем, – ответил Никос, его голос дрожал от облегчения. – Я так рад, что ты жива! Я чуть с ума не сошел. Думал, что потерял тебя навсегда. - Он коснулся ее лба, его глаза наполнились слезами. Девушка взяла его лицо в ладони.
- Главное, что я теперь здесь, рядом, – прошептала она и начала целовать его губы. Их слезы смешались в этом прикосновении, в котором сплелись облегчение, страх и безграничная любовь.
В этот момент послышался скрип, и в зал вошли остальные. Увидев девушку живой, на их лицах отразился шок и полное недоверие.
- Диона? – недоверчиво прошептала Агата, отступая от Риза. – Как?
Ник, словно пробудившись от долгого сна, отошел от Дионы. Он поднял ее руку, и в его глазах зажегся огонь благоговения. - Теперь эта женщина," – произнес он с трепетом, – богиня времени. Единственный бог, которому я буду молиться. - Он опустился на колени, и за ним, один за другим, последовали остальные. Это был не просто поклон, а акт глубочайшего уважения и признания ее новой сущности, дань воскрешенной девушке, ставшей чем-то большим.
Диона содрогнулась, но это были уже не рыдания от боли или страха, а слезы переполняющей ее радости и благодарности. Агата, не в силах сдержать эмоций, бросилась ей на шею. - Я так рада, что ты жива!
Все обняли ее, каждый выражая свою радость и облегчение. Никос отошел немного в сторону, давая семье насладиться этим моментом триумфа, моментом, когда потерянное было найдено, а невозможное стало реальностью.
Риз, отстранившись от общей суматохи, подмигнул Дионе с озорной улыбкой. - А где в твоем уютном доме сокровищница? За мои потраченные нервы я должен получить компенсацию! - С этими словами он направился проверять храм, его шаги были полны предвкушения.