Глава 12. Утро и личные страхи.
Плей-лист главы:
The Storm — Asiah
┈┈───╼⊳⊰ 𖤍 ⊱⊲╾───┈┈
Эвелин
Я так давно не была дома.
Сон отпускал меня неохотно, как теплая ванна, из которой не хочется выныривать. Я будто плыла сквозь мягкую дремоту, и только постепенно до меня начало доходить, что мне слишком уютно и слишком тепло для того, чтобы это было случайностью.
Мне снилось, что я словно снова оказалась в Вермонте, в том самом доме, где стены пахли соснами и горячим хлебом, а по утрам в окна врывался свет, такой густой и золотой, будто его можно было зачерпнуть ладонями. Я шла по скрипучему деревянному полу, босиком, чувствуя холод дерева под ступнями, и слышала за окном крики птиц. Отец сидел на крыльце с чашкой кофе, вечно нахмуренный, но спокойный, и я улыбалась ему так, как умела только там, в том доме. На столе блестел кувшин с янтарным кленовым сиропом, густым, как жидкое золото, а рядом лежала стопка блинов. Они были такие пышные и домашние, что запах от них заполнил весь сон.
А еще мне снилась мама... Она смеялась, её волосы сверкали на солнце, и казалось, будто родной Вермонт раскрывался только через неё, в её голосе, в её движениях, в её улыбке.
Но всё это постепенно стало растворяться, как краски под дождём. Свет тускнел, смех затихал, и я почувствовала, как что-то другое затягивает меня к себе, но не холод, а наоборот, тепло, такое обволакивающее, что я не сразу поняла: я больше не во сне.
Я медленно, очень медленно выплывала из дремоты, совсем не спеша. Тело моё было закутано в уютный и теплый кокон, в котором не существовало ни тревоги, ни страха, ни усталости. Я лишь глубже уткнулась лицом туда, где пахло пряно, терпко и совершенно чуждо моему дому, но от этого не менее родственно.
Мир вокруг казался слишком тихим, никаких привычных звуков, кроме чьего-то глубокого, размеренного дыхания. Я все еще цеплялась за сон, не открывала глаза, позволяя себе роскошь — просто нежиться, просто тонуть в этой редкой безопасности. Казалось, будто весь мир остановился, будто все дороги и ошибки остались далеко, а я здесь, в тепле, в чем-то невообразимо крепком и надежном, что держало меня ближе, чем могла держать сама жизнь.
Я забыла, где нахожусь, забыла, почему я здесь. Забыла, что за стенами машины ночь, опасность и холод. На какое-то время всё это перестало существовать, и я позволила себе впервые за долгое время быть слабой и доверчивой. Я то снова проваливалась в тепло и темноту, то выныривала ближе к реальности.