23

Всю ночь Коралина прокручивала его слова. Какое-то наваждение кинуться в его большие лапы, шло впереди разума. Коралина едва поспевала за ним, спотыкаясь о камни благоразумия, но останавливаться явно не хотела. Но несмотря на все предрассудки и попытки добраться до адекватности, она тонула в его глазах. То с каким желанием подобно хищнику он смотрел на нее, и как она подобно податливой жертвой, стремилась утопать в его тепле. Все волшебство перед ними рассеивалось, когда в животе нарастало переживание, скомканный в тугой узел.

Слишком быстро он начал испытывать к ней чувства. И это пугало так, что тело покрывалось тысячью мурашками, пальцы сжались в комок, а сердце забилось бешено, нарастая темп с каждой минутой.

На часах стрелка перевалила за час, но сон с каждой пройденной стрелкой на циферблате, уходил прочь. Сколько еще она могла переворачиваться с одного бока на другой? Неизвестно. Но то что она точно знала — это то что к Аластору она больше не чувствует лишь интерес к его таинственной персоне. Там возросло большое и довольно светлое чувство. Она хотела знать: какими парфюмом пользуется, что любит пить, что ест на завтрак, что обычно читает и что он думает о ней, в конце концов.

Ну не мог же он не чувствовать того, что и она? А что если да? Что если его чувства это так называние соперничество перед другими? И что ей делать тогда?

Она тяжело вздохнула и встала с постели, одеяло упало бесшумно на пол. А сама она побрела под свет ночника к зеркалу. Она двигалась словно тень, едва касаясь холодного пола. Усталость во всей красе оказывало на нее влияние.

Потрясенная своим видом, она отшатнулась. На нее не смотрела прежняя веселая девушка, сейчас с тусклыми глазами, словно угли, на нее глядела щедушная и уставшая от жизни — подобие человека. Ее румяна и золотые веснушки, сменились на бледность подобно хрустальному фарфору, тело безобразно исхудало.

Через зеркало она посмотрела на свои тонкие руки и ей они показались такими слабыми, что первой мыслью Коралины стало «они сломаются от малейшего прикосновения».

Если на тело можно было бы плюнуть с высокой колокольни, то лицо как обложка журнала по которому исходило первое мнение, нельзя было проигнорировать так же легко.

Впалые щеки были еще меньшей проблемой во всем лице. Все лицо отдавало нездоровый синий оттенок, который, как на зло выделял синеву под глазами, но этим ее перемены не закончились. Под глазами красовались мешки, от нехватки сна. И из всего большим разочарованием стали ее же глаза.

Некогда блестящие сапфировые глаза превратились в тусклые, походили на сухую землю.

Внезапно в дверь тихо постучали, Королину отдернули от разглядывания себя и она спешно отворила дверь, не задумываясь.

На пороге стояла Чарли с Вэгги, весь их вид показывал, как они нервничали и ждали, Коралина чувствовала это кончиками пальцев. Любопытство выходила из них потоком буйного моря, а юная девушка была маленьким камнем, которому оставалось повиноваться судьбе и потеряться где-то на глубине, под рассыпчатом песке возле мусора.

Принцесса Ада переступила порог, завлекая с собой подругу, но прежде чем сесть на кровать, Вагата подняла с пола одеяло, собрав его аккуратно, она положила его у другого края кровати.

Кстати, сегодня она была по особенному красива. Длинные светлые волосы она собрала в тугую косу, завязав резинкой с нежным малиновым бантом. Платье на ней было свободного кроя, и имел тот же оттенок, что и ее бантик. Неописуемое очарование было в ее ключицах, которые едва виднелись под платьем. Сама она создавала образ воздушности, подобно зефиру. Быть может это было от того, что она была в прошлом ангелом и это влияет на ее образ и сейчас. Могла об этом знать только она, и Коралина когда-нибудь спросит ее, какой она была в роли ангела, но это будет потом. На данный момент, она наслаждалась ее демонической натурой, хоть больше они с Чарли походили на обычных людей. Наверное, поэтому Коралина быстро доверилась им и легко нашла общий язык.

Чарли не могла так долго терпеть, но зная, как важно для ее подруги порядок, снисходительно ждала, напряжено отчитывая ногой секунды.

Когда все сели, первой (как обычно было всегда) заговорила Шарлотта.

– Объясни, что было на кухни. – Блондинка не унималась, ее руки то и дело теребили крой беленькой блузки, с хорошим декольте, обнажив меньше половины груди. Под правильными ракурсом, можно было даже разглядеть ее нижнее белье с милый кружевом.

– С чего бы начать... – Она запнулась, пару секунд подумала и выпялила все на духу.

Двое внимательно слушали ее, не желая перебирать. И лишь их выражения лиц доказывало в каком шоке они находятся.

Когда Коралина закончила свой рассказ, описывая все, не утаивая ничего. Внезапно почувствовала как к щекам примкнула кровь и лицо начало гореть от смущения. Не так себе она представляла рассказ. С ее уст, когда она сама теперь слышала себя, было максимально неловко и нелогично то, как она вела себя с Аластор. И если бы только одна она поддалась чувствам, было бы легче. Можно со временем научится скрывать чувства, приобретая свежий и рассудительный взор. Правда, она не уверена, что сможет быстро такому научиться, но и время не ограничено.

Самым большим препятствием являлся сам демон.

– Так, погоди-погоди, – Вагата встала со своего места, мгновенно оказалась рядом с шатенкой, и крепкое обняла. – Мне очень жаль. Я понимала, что когда ты пропала что-то произошло... и когда ты появилась... – Она тыльной стороной начала гладить спину девушки, – но я так боялась спросить тебя. Думала сделаю хуже. – Вэгги отстранилась от нее и нежно поправила ее волосы.

– Прости. – К ней присоединилась другая. Все трое прижались к друг другу, обретая в этом особое родство.

Как только они закончили сожалеть каждый о своем, в бреду и в каком-то резком озарение, Чарли едва удерживала свою злорадную улыбку.

– Я правильно понимаю, ты целовалась с Аластором? – С ноткой ехидства, она кокетливо от уголка губ к другом, провела своим пальцем. – И даже не один раз, а два! – Закончила блондинка свой вердикт, причмокивая, как бы дразня и пародируя девушку.

Глаза Коралины опустились, прячась от любопытных глаз знакомых. Лицо обрело красный оттенок, а губы поползли вверх в неуверенную улыбку.

– Блять, не могу в это поверить! – Брови бывшего ангела взметнулись на верх, ресницы учащено заморгали. Секунду она молчала, задумавшись, а потом губы приоткрылись в немом «о» и тут же сомкнув их обратно, тихо сказала. – Так вот почему он тут так часто появлялся.

Теперь настало очередь удивляться двум другим. На мгновение обе они застыли, словно статуи, пораженные молнией. Первым очнулась от пораженного сна принцесса Ада, и вопрошающе посмотрела на Вагату.

– Да брось, не может быть, что ты не замечала его присутствие. Ладно она, – она бросила короткий взгляд за спину блондинки, –  Она человек. А ты же демон! – Она секунду задержала укоризненный взгляд на Чарли, и сразу же смягчилась, посмотрев на шатенку. – Он все время был в этих своих «тенях», – она подняла руки вверх, согнув указательный и средний палец, – ты не могла его видеть. Я так-то тоже не могу, но я чувствую его присутствие. Это то что у меня осталось, как от бывшего ангела.

От сказанных слов лицо Коралины выразило изумление, глаза расширились, а рот приоткрылся. Мысли застыли на словах «часто появлялся», они подобно сосулькам, что врезались в самое ядро — сердце. Ее разум, до этого пораженный ее внешним измерениям, не мог переварить и эту информацию.

Мир снова сузился до щели в дверных проемах, и не казался уже таким огромным.

Слишком шокирующе.

Слишком страшно.

Он следил за ней? Как давно?

Как только спало изумление, мысли внезапно охватило ее волной, сметая все на своем крошечном пути.

– Думаю Аластор.... – Не дав закончить свою мысль, Вагата предчувствуя, что скажет подруга, напрочь отказывалась верить в бредовую идею принцессы.

– Нет-нет. Он тот еще ублюдок, от него жди только беды. Хреновый у тебя вкус.

– Я сама не поняла как это произошло. Я просто хотела защититься. – Она готова была исчезнуть с лица земли, чтоб не видеть пораженные лица подруг.

– Кхм, а мне все-так, кажется, что Аластор в душе добрый. – Воодушевленно проговорила Чарли.

– Да для тебя все с большой-большой душой.

– Ты просто видишь мир через призму разочарования.

– Я трезво смотрю на мир.

Они еще долго спорили между собой в комнате Коралины. Но несмотря на все это, она чувствовала себя гораздо лучше, оживленная обстановка благотворно влияло на ее самочувствие. Поддавшись настроение, она вместе с Чарли дразнили разъяренную Вагату.

Ушли они под утро и как только дверь закрылась с другой стороны, она уснула.

***

К вечеру все собрались в холле, Шарлота наказала всем туда явится. У нее для постояльцев была «отличная» по ее словам, новость. И ей непременно хотелось ее поделится, но для этого нужно было всем собраться в одном месте.

Когда последний демон пришел, Чарли выпрыгнула со своего места и направилась в центр.

Она важно продефилировала, стуча невысокими каблуками по полу. Облегающая черная юбка очерчивала красивый изгиб округлых бедер, свободная блузка нежно обволакивала грудь, создавая красивый и аккуратный вид груди.

– Есть две новости. Одна отличная, другая плохая. Я начну с хорошей. У моего отца будет бал в честь того, что моя мама самостоятельно получила право пользования территории «круга лени». И, – она сделала пару секунд паузу, оттягивая слово «и» – Я вас приглашаю туда.

– Какая плохая? – Ниффти сидела на коленях Вэгги, держа в руках очередную букашку, что нашла по дороге в холл.

– Так как мой папа зовет довольно многих влиятельных демонов, то там будут не самые, так скажем, лучшие из них. Ну ничего! Думаю это не помешает нам повеселится, да? – Из нее вырвался неуверенный смех, сопутствуя с чередой неловкости.

– Звучит интересно, я еще не была на балах. – Коралина сочла такую возможность за прекрасную идея отдохнуть и немного забыться. Конечно, выпивать как заклятый алкоголик она не будет, но от спиртного она не откажется.

– О, я рада! И еще хочу сказать, что бал состоится завтра к восьми. Будьте готовы к этому времени, отправимся вместе с холла прямиком к моему дому. – На радостях она на одном дыхании выговорила все, одаривая всех дружелюбной улыбкой.

Пока все бурно обсуждали предстоящий бал, к Коралине незаметно подступил Аластор.

– Мышонок, разрешите ли мне сопровождать вас? – Он тихо, почти над самым ухом, обдувая горячим дыханием обнаженную шею девушки, шепотом проговорил.

Она ойкнула, резко повернулась на право, и ее глаза расширились.

Он был опасно близко.

Сердце учащено забилось, отбивая ритм слащавой песни о любви. Красный румянец подступил предательски на щеки. Мысли спутались в клубок пряжи, а язык не хотел слушаться и заплетался.

– Я...я...

Он бесцеремонно придвинулся к ней ближе, рукой рисуя на ее ладонях узоры.

– Сочту это за согласие. Я зайду за вами к восьми.

Внезапный хлопок и он исчез.

Коралина все еще чувствовала на своих ладонях тепло его рук, сердце по-прежнему билось часто, и она подумала о том, что все слышат его стремительный ритм.

Но кто и видел все это, так это Энджел. Он молча наблюдал, но по одному лишь взгляду было понятно, насколько он взбешен.

Он сжал руки в кулак и по рукам стали виднеться вздутые от злости вены, глаза лихорадочно бегали по силуэту девушки. Он резко соскочил со своего места и вылетел из отеля, словно молния. Оставляя после себя сладкий шлейф аромата.

– Бабы. – Пожал плечами Хаск и медленно побрел на свое законное и излюбленное место.

***

Коралина предвкушая трепетное волнение перед балом, сидела и ждала пока Вэгги с Чарли спустятся в холл.

Они вчера договорились о походе в магазин за выбором платья, Чарли могла выбрать что-то из своего гардероба, ведь выбора у нее было достаточно. Но отказываться от веселой прогулки, явно не по ней.

Спустя пару минут, все трое собрались и оживлено покинули здание.

На мгновение Коралину сковал леденящий ужас, но присутствие подруг, вселял в нее маленькую уверенность. И она ступила шаг по мокрой дорожке. Несомненно, в ней была некая уверенность, но напряжение, которое охватывало ее всю, как только появлялась фигура незнакомого демона, коварно напоминало о себе.

Но и это чувство со временем притуплялось, благодаря звонкому смеху Шарлоты и колких шуток Вагаты.

День подходил к концу, довольные своим выбором, они радостно вернулись в отель. Все разбежались по своим номерам, готовясь к балу. Оставалось пару часов до празднования.

Вернувшись в свою комнату, Коралина окинула свою комнату, на предмет тени. Теперь в нее вселилось сомнение даже в своем одиночестве. Паранойя подкрадывалась к ней незаметно, от чего было непонятно, когда стоило истерить, а когда бежать не оглядываясь. Никогда не узнаешь, когда ему  заблагорассудится тайно наблюдать за ней.

Посмотрев на настенные часы, что одиноко весели на стене, она вспомнила о прошлой жизни. Пелена застилало ее сознание о забытой рутине, о том как раньше она неспешно собиралась на работу и то какие были прекрасные посиделки у них, хоть бывали они очень редко. Мысли ее уносили прочь из реальности, показывая издалека о безмятежных днях. Каждая картина, каждый звук, что доносился из ее памяти, постепенно растворялся в пучи сознания. Уже она не помнит лиц некоторых учеников, что приходили к ней за учебниками. Не помнит и того ученика, который каждую неделю брал новую книгу.

Как давно она брала книгу в руки? Если ли тут школы, библиотеки?

Ее взгляд потускнел, в глазах отражались сожаление о вещах, которые она не смогла сделать. А причина была совсем глупой — у нее просто не было времени на эту ерунду. Так она всегда думала и если был бы шанс, она взяла бы за шкирку прошлую «я» и приказным тоном заставила бы все бросить и жить этим днем. Жить так, как хотела она сама. Забыть о невзгодах, любить утреннюю расу, восторгаться пением птиц и просто жить.

....