Глава 6. Пряный кофе и новые переменные

POV Кира
Солнечные лучи мягко пробивались сквозь полупрозрачные шторы, расчерчивая светлые стены кухни золотистыми полосами. На часах было всего половина восьмого, но сна не было ни в одном глазу. Окончательно придя в себя после вчерашнего эмоционального марафона, я натянула любимый уютный халат и босиком поплелась на кухню.
Для меня приготовление кофе всегда было своеобразным ритуалом. Достав турку, я насыпала туда свежемолотые зёрна, добавила щепотку кардамона и совсем чуть-чуть тертого мускатного ореха. Уже через минуту по квартире поплыл густой, пряный и согревающий аромат, способный реанимировать даже мертвеца.
Как раз в тот момент, когда кофейная пенка начала медленно подниматься, в дверном проеме показалась заспанная Ева. С растрепанными волосами и в пижаме, она забавно потянула носом воздух, зажмурившись от удовольствия.
— Боже, Кир... Если бы не этот запах, я бы проспала до обеда, — прохрипела подруга, усаживаясь на высокий стул у барной стойки и подпирая щеку ладонью. — Наливай скорее, я готова продать душу за чашку.
Я ухмыльнулась, разливая дымящийся напиток по двум матовым чашкам. Себе поставила чистый черный, а Еве добавила каплю молока — всё, как она любит.
Ева сделала первый глоток, блаженно зажмурилась, но стоило ей поставить чашку на стол, как её взгляд мгновенно стал бодрым и заговорщическим. Кухонный прокурор официально открыл заседание.
— Так, а теперь выкладывай, — Ева подалась вперед, внимательно вглядываясь в мое лицо. — Вчера утром в комнате у Макса между тобой и Стасом искры летели такие, что можно было проводку закоротить. Потом этот его внезапный порыв увезти тебя... Что вообще происходит, Кир? И при чем тут Влад Островский?
Я сделала медленный глоток, чувствуя, как пряный кардамон приятно обжигает язык, и судорожно подбирая слова. Рассказывать Еве всё — означало обречь её на панику. Если она узнает про Кодекс, угрозы «закопать» и бешеную погоню на парковке, она просто запретит мне выходить из дома.
— Да ничего такого, на самом деле, — как можно непринужденнее пожала я плечами, разглядывая узоры на пенке. — У Влада и Стаса, оказывается, какие-то старые счеты. Они когда-то на первом курсе пробовали делать общий бизнес, но что-то жестко не поделили. Островский, судя по всему, парень злопамятный и до сих пор пытается Стасу портить жизнь. Вот вчера и решил устроить показательные выступления, когда увидел нас вместе.
— Серьезно? — Ева недоверчиво прищурилась. — А Стас?
— А Стас на самом деле довольно милый, — я тепло улыбнулась, вспоминая вчерашний день. — Он просто испугался, что Влад из-за этих разборок втянет меня во что-то неприятное. Поэтому отвез меня к себе, чтобы я переждала, пока этот ураган утихнет. Мы заказали пиццу, включили Марвел... Я вообще отрубилась у него на плече под фильм и проспала несколько часов. Он дождался, пока парни проверят, что Островский уехал в свой клуб, и только тогда аккуратно привез меня домой. Так что всё в порядке, Ева. Стас меня просто подстраховал.
Ева внимательно выслушала меня, сделала еще глоток и понимающе кивнула, хотя в её глазах всё равно осталось легкое облачко сомнения.
— Ну, ладно... Главное, что этот джентльмен вернул тебя в целости и сохранности. Хотя Островский этот, конечно, пугающий тип. Ладно, проехали. Какие планы на де...
Договорить Ева не успела. На барной стойке одновременно, словно по команде, бешено завибрировали оба наших телефона. Экран моего смартфона начал буквально взрываться от всплывающих уведомлений в Telegram.
Я нахмурилась и разблокировала экран. Сердце мгновенно пропустило удар, а внутри всё похолодело.
В главном неофициальном чате нашего университета, где сидело больше двух тысяч студентов, висело закрепленное видео. То самое. В отличном качестве. На нем я, весело смеясь и откинув назад темные волосы, кружилась на барной стойке «Сансары». Подпись к видео исходила ядом: «Магистратура журналистики зажигает в первый же день. Встречайте новую звезду главного корпуса! Кажется, у кого-то очень горячая преддипломная практика».
— О Господи... — выдохнула Ева, округлив глаза и испуганно глядя на меня. — Кир... это что?
Телефон продолжал разрываться от личных сообщений от одногруппников, но я их уже не видела. Перед глазами всё плыло. Паника — дикая, удушающая — сдавила горло.
— Это пиздец, Ева... — прошептала я, закрывая лицо руками. Пальцы мелко дрожали. — Это просто конец. Как я завтра пойду в университет?! На меня же весь корпус пальцем показывать будет! Преподаватели, декан... Моя репутация растоптана в пух и прах!
Стас ведь обещал, что все забудут. Говорил, что видео только у какого-то третьекурсника. Откуда оно в общем чате?!
— Так, отставить панику! — Ева резко поднялась, подошла ко мне и крепко обняла за плечи, пытаясь привести в чувство. — Послушай меня, это просто тупая студенческая зависть. Ну потанцевала, ну выпила, ты молодая, красивая девчонка! Но я думаю, что тебе сейчас нужно переключить мозг, иначе ты себя заживо сожрешь. Значит так, марш в душ, одевайся, и мы уезжаем из этой квартиры. Идем по магазинам. Шопинг, примерки, огромный латте — нам срочно нужно тебя отвлечь.