За пределами программы

Акт первый. Хищник.
Ночь. Пожалуй, это время, когда землю застилают наши самые большие страхи. То, чего мы больше всего боимся, как нам кажется, может наброситься на нас из любого угла, из любого куста. Каждый шорох вселяет в нас страх быть поглощенными этой тьмой. Первобытный страх. Можно ли оставаться спокойным, зная, что за пределами нашего светлого уголка бродят твари, готовые истерзать нас за считанные минуты? Мы стараемся не вспоминать об этом и надеяться на следующий день.
Убей или будь убитым. Так говорят старики, обучая молодых выживать? Бей и беги, говорят те в свою очередь следующему поколению. Думаю, оба мнения заслуживают права на жизнь.
В ночи намного легче стать жертвой. Но что, если ты охотник? "Вцепись и не отпускай" - вот наше правило. В ночи нет места тем, кто не готов пустить чужую кровь. В ночи хищники охотятся друг на друга и выживают лишь самые изобретательные.
Яркий лунный свет озарил долину своим холодным светом, позволяя увидеть, как горы переплетаются с густыми джунглями. Я в ожидании. Прямо подо мной, у корней массивного старого древа, привал устроил один из опаснейших хищников этих земель. Принципиально пунктуальный, он выходит на охоту с наступлением полуночи. Массивная пасть  осторожно высовывается из пещеры, а огромные глаза осматривают местность. Его отменный нюх не почуял рядом опасности и он выполз на освещенные луной скалы. Огромное змеевидное тело, покрытое сверху твердыми как камень шипами, две здоровые конечности, способные схватить и разорвать свою жертву. И в дополнение огромные вспомогательные клыки, которые не позволят отпустить добычу, плоть которой они так жадно любят истязать зубами. Это одна из тварей, которую боятся даже самые сильные дневные хищники.
Он начал принюхиваться. Он хорошо помнит запах того, кого преследует уже несколько дней. Опираясь на свои конечности и подняв туловище, он обнажил брюхо. Это очень редкое зрелище, которое они совершают, будучи уверенными в своей безопасности. Он обнажил свое самое слабое место и я смог отчетливо разглядеть 6 сосков. Это самка. " Я так и знал!":- не сдержался я.
Я наткнулся на их логово несколько дней назад. Ее гнездо находилось на самом краю их колонии и кто-то очень жестоко обошелся с ее выводком. Кто-то, по чьим следам я гнался неделями. Обезумевшая от горя, она погналась вслед, одна, без помощи своих сородичей, а рядом лишь я, еще один ее враг. Ее острый нюх вел меня к моей цели последние дни, туда, где она, возможно, не выживет. Каким бы опасным хищником она ни была, у всех есть природные враги, и сейчас она идет прямо к ним, ослепленная жаждой мести. Более молодой "я" сказал бы, что нет чести в том, чтобы пользоваться чужим горем, но если она переживет эту встречу, мне не останется ничего иного, кроме как сразиться с ней насмерть. Убей или будь убитым.
Я взял в руки лук. Крепко вбив обвязанный веревкой клин в ветку дерева, я начал перевязывать конец стрелы. Я жду, пока она решит, в какую сторону начать движение. Прямо? Влево или вправо? Куда она рванет? Мои металлические руки ждут момента, чтобы натянуть тетиву. Мне повезло, что она не чует меня. Вряд ли ей есть дело до металла, из которого я сделан. Она рванет очень быстро, и я не имею права мешкать. Я вижу семь высоких дерева внизу, под скалами, куда бы я мог двинуться. И я услышал стук. Она начала вилять своим шипастым хвостом, что означало лишь одно - она готова.
Со скоростью стрелы, летащей вниз, она рванула вниз по скалам. Я схватился за веревку и начал спуск, в надежде, что скалы никак не повлияют на нашу охоту. Ее безумство могло сыграть с ней злую шутку, истерзав ее брюхо. Но очень быстро она уже оказалась внизу и начала движение среди деревьев. Как только я достиг стрелы, вонзившейся в дерево, я начал преследование. Перепрыгивая с ветки на ветку, я старался угнаться за ней. Переключившись на тепловое видение, я наблюдаю, как она постепенно удаляется. Мои механические ноги не поспевают за ее темпом, но густые заросли заставляют ее искать обходные пути, что дают мне небольшую фору. Долго она так не сможет, ей придется сделать передышку. Я надеюсь.