Вор, Граф и Графиня.
"Вор не тот, кто крадёт, а тот, кого поймали.
©Бернард Шоу."
Скажите, кто не любит музеи и картинные галереи? Кому не милы эти длинные старинные коридоры, повидавшие разных людей не одной эпохи, где стены украшены множеством полотен со всех стран мира, а за стеклянными витринами спешат удивить разнообразные вещи, потерявшие свою актуальность и успевшие стать бессмертным антиквариатом? А что насчёт замков и разных домов, превращённых в исторические музеи? Такие места имеют свою историю, свой аромат, свою идею, и, несмотря на то, что там больше никто не живёт, в них продолжает кипеть жизнь своими насыщенными, страстными потоками. А всё благодаря вещам, сохранившимся в них. И забрать что-то, принадлежавшее таким местам - значит лишить их одного из функционирующих "органов", без которого все остальные потеряют смысл. А это, как известно, имеет последствия.
Стоило последнему прохожему скрыться за поворотом вымощенной брусчаткой тихой парижской улочки, как двери трактира распахнулись, и на улицу вывалились два слегка нетрезвых товарища. Напиваться, затеяв такое серьёзное дело - не самое верное решение, но они считали иначе. Взяв друг друга под локоть и подшучивая над собой, они не спеша вышли на старую протоптанную дорожку, ведущую к большому мрачному замку, величественно возвыщающемуся над миниатюрными домишками знаменитого французского городка. До закадычных приятелей по-прежнему не доходила вся ответственность и опасность ситуации. Хотя, возможно, оно и к лучшему.
При виде входной двери в замок алкогольная пелена в миг рассеялась, оставив после себя неприятный зловещий осадок и абсолютно протрезвевший рассудок, нагоняющий ужас и мрак. С дверного кольца их поедала взглядом кошмарная химера, а на ступеньках скопился огромный слой пыли. Создавалось впечатление, что сюда никто не приходил на протяжении нескольких лет, а как оно было на самом деле - друзья не знали.
Внимательно оценив габариты здания, один из них произнёс:
-Придётся лезть на второй этаж.
-Это почему? - подал голос второй друг.
-Через входную дверь зайти не выйдет - она наверняка закрыта, - объяснил тот, и, поёжившись, указал на химеру, - Да и к тому же, мне совершенно не хочется прикасаться к этой дряни. В окно первого этажа мы не залезем, там всё завалено. Остаётся второй этаж.
Вместе ответа, тот лишь тяжело вздохнул.
-Да ладно тебе, Рене, не всё так плохо, - хлопнул его по плечу Джереми, - Схватившись за трубу, можно легко дотянуться до парапета, а там до окон рукой подать.
Тут он наклонился к уху друга и заговорщически прошептал:
-Представь, какими богатыми мы будем. За одну только картину дадут сто-о-о-лько бабок. Мы заживём, как короли!
И Ренард представил это.
Представил большой королевский дом, где за всем следят служанки, а няньки приглядывают за детьми. Представил свою будущую жену. А ведь она не сможет ему отказать, он же богат. Представил толпу детишек, гурьбой бегущих в сторону заднего двора и ворчливого садовника.
Да. Да, он действительно хочет этого.
-Подстрахуй меня.
К их великому счастью, второй этаж действительно оказался нетронутым завалами поломанной мебели и прочего хлама. Напротив, он выглядел живым и, как будто обитаемым. И вновь сомнения начали терзать смутный разум Ренарда. Нехорошее предчувствие закрадывалось прямо в душу к мужчине.
Из раздумий его вывел голос товарища:
-Ну, половина дела выполнена. Теперь, думаю, можно разделиться. Я слышал, здесь есть тронный зал - туда-то я и сгоняю. Ну а ты пока бери, что хочешь. Я мигом.
Джереми направился к выходу из комнаты, но резко обернулся, будто что-то вспомнил, и произнёс:
-Только не задерживайся. Не хватало ещё, чтобы нас заметили. Встречаемся на этом самом месте через полчаса.
Ренарду ничего не оставалось, кроме как кивнуть.
Силуэт друга растворился во тьме и мужчина остался один.
Для начала, он решил обследовать помещение и выяснить, что это за зал и имеет ли он что нибудь ценное.
Осторожно включив фонарик, будто боясь застать кого-нибудь врасплох, Рене обнаружил просторную комнату, некогда служившую гостинной, обставленную со всех сторон старинными скульптурами, бюстами и картинами. В углу стоял камин с большим кожаным креслом, над ним висела голова оленя с огромными рогами. За всё то время, что музей пустовал, на них покоился огромный слой пыли и большая паутина вместе со своим владельцем. Вор поморщился, представляя, как скользкие лапки паука касаются его шеи, а липкие сети паутины сковывают его руки и ноги вдоль и поперёк.
-Эй! - внезапный шёпот, раздавшийся словно над ухом Ренарда, заставил его встать как вкопанному, не в силах повернуться назад.
-Джер, это ты? - всё так же не оборачиваясь, громко спросил он.
Ответа не последовало.
Было страшно обернуться, ведь он остался один, "...средь старинных скульптур и картин..."(отсылка к песне). Джереми, скорее всего, всё ещё в тронном зале, так что источник голоса успеет прихлопнуть его, жалкого вора, раньше, чем друг успеет сообразить, что к чему.
Продолжать стоять спиной, точно волк позорный перспектива так же не из лучших.
Судорожно сглотнув и мысленно сосчитав до трёх, вор медленно повернулся и...
Н и ч е г о.
В зале не было никого и ничего, что могло бы указывать на присутствие второго человека(или не человека вовсе). Взгляд Ренарда упал на центральную стену, а точнее на картину, что висела на ней. Странно, что он раньше не замечал её, ведь она была больше всех других своих "соперниц". Картина представляла собой огромное полотно, заключённое в золотую раму(вор посмел предположить, что это именно золото), а в правом нижнем углу красовалась каллиграфическая надпись, но, чтобы прочесть её, Рене пришлось подойти ближе. На полотне была изображена супружеская пара в одеяниях, подобных королевским.
-"Граф и графиня дю Нор. 1864 г." - гласила надпись.
Придраться было не к чему - работа написана великолепно. Он готов был поклясться, что ему, Ренарду Бофорту, никогда ещё не доводилось видеть внешность и стиль людей королевской крови настолько детально. Создавалось впечатление, что эта графская пара живая и до неё можно докоснуться рукой.
В немом восторге, Ренард начал разглядывать сначала благородного графа, а затем хрупкую графиню. На последней то он и замер.
Молодая графиня, свежая, будто недавно распустившийся цветок, лучик солнца в ненастную погоду, первая звезда, появившаяся в ночном небе. Фарфоровая кожа, точно кукольная, великолепно гармонировала с большими тёмно-карими глазами. Их цвет походил на только что приготовленный горячий шоколад - любимый напиток Ренарда. До лопаток спадал струящийся водопад русых волос. Тонкие бледные губы улыбались простой душевной улыбкой, будто она была обычной крестьянкой, а не знаменитой на всю страну графиней.
Сердце мужчины стало набирать темп, а поехавший к этому времени рассудок кричал, брызжа слюной во все стороны:"Забери её!" Очень смешно. Только как? Перед ним не живой человек, а изображённый на холсте портрет. Жаль, что нельзя забрать её через картину с собой. Или можно?
Что есть время для человека, чьё сердце поразила любовь с первого взгляда? Да по сути ничего. Одержимый молодой графиней, несчастный вор не знал, что делать.
Мысли, смешиваясь, превращались в кашу, тело абсолютно не хотело слушаться.
Внезапно захотелось, чтобы злополучные полчаса уже прошли и Джереми наконец вернулся. А ещё лучше, чтобы это всё оказалось дурным сном, и они по-прежнему оставались бы обычными рабочими, а не гнусными грабителями.
В это же мгновение мысли снова вернулись к графине дю Нор, взгляд сфокусировался на потрясающем синем платье, подчёркивающем все великолепные изгибы тела, а руки сами собой полезли в карман. В нём Ренард всегда носил с собой нож. Так сказать, на всякий случай. В голове моментально родилась идея.
Притуплённое лезвие ножа воткнулось в холст по самую рукоятку, и Рене принялся старательно вырезать силуэт возлюбленной. Холодное орудие скользило по бумаге, точно по маслу и мужчина всё боялся оставить хоть одну "часть" девушки в этом сыром музее наедине с графом, несмотря на то, что тот был её законным мужем.
И вот, бумажная девица падает прямо в объятия обезумевшего Ренарда, и тот обнимает её, словно живую персону.
"Теперь можно свободно ждать Джера." - думал довольный грабитель. - "Интересно, который час?"
Но вдруг, какое-то совестливое чувство пробудилось в душе простого вора-рабочего. Рене подошёл к изуродованной картине и внезапно подумал о том, что всё находящееся здесь вполне может оказаться живым, как и его дорогая графиня. Но это значит, что и граф тоже.
Взгляд упал на улыбающуюся физиономию графа дю Нор. Как бы в ответ, мужчина тоже улыбнулся.
-Ваша светлость, прошу не гневаться. - обратился к нему Ренард. - Я просто полюбил твою супругу. Надеюсь, ты ещё обретёшь своё счастье. Даже на том свете.
-С кем это ты разговариваешь? - прозвучал за спиной голос друга.
Рене с улыбкой обернулся.
Ночь была тихая и спокойная. Полная луна слегка освещала ту дорожку, по которой шли двое мужчин.
-Нет, Рене, и всё-таки, ты странный. - с усмешкой произнёс один из них, уже в который раз. - Мог бы столько всего забрать, разбогатеть...Да даже эту чёртову картину можно было продать, а ты её всю изрезал!
-Я делал это во имя любви. - всё так же улыбаясь, ответил другой. - Не думаю, что ты меня поймёшь.
-Да и слава богу. Не надо мне такого счастья.
Рене только собрался ответить на колкость друга, но не успел открыть и рта. За спиной раздались тяжёлые быстрые шаги. Грубая рука схватила Ренарда за шею и крепко прижала его к дереву. В попытках вырваться вор смог разглядеть нападавшего...Это был граф! В зловещем свете луны его перекошенная от злости физиономия выглядела ещё более устрашающе.
-Ну что, попался, разбойник?! - закричал тот.
-Чт..
-Теперь я проучу тебя!
-Этого не может быть!
-Ещё как может. - тут он обратил внимание на сидящего на земле Джереми. Лицо мужчины выражало неподдельный ужас. Узнал ли он в незнакомце графа или нет - неизвестно. Он был напуган и шокирован. Граф дю Нор сделал щелчок пальцем - и тот упал без сознания.
-Несмотря на то, что воровали вы оба, - спокойно объяснил он. - Ему я не сделаю ничего. Утром он проснётся в своей кровати и совсем позабудет о тебе. Как и все, кто хоть раз видел тебя, ведь ты, проклятый, хотел разлучить меня с женой. Ух, если бы только я имел прежнюю власть, я бы тебя! Ну ничего, и на этот счёт у меня есть идея. В наказание за похищение супруги я заберу тебя с собой! Навечно ты будешь под моей ногой!
Секунда - и район тихого французского города разразил отчаянный крик. Крик человека, о котором завтра уже никто не вспомнит.
Утром брошенный музей откроет свои двери со страшной химерой на кольце впервые за несколько лет. Посетители будут восхищены огромным количеством картин, скульптур и прочих старинных вещей. Гвоздём программы станет прекрасное полотно 1864 г. Молодая графиня в экстравагантном синем платье обнимает своего благородного мужа, улыбаясь пришедшим своей белоснежной улыбкой. Граф же, наоборот, был серьёзен и честолюбив, как никогда. Взгляд его был направлен вдаль, а под ногой...плачет мужчина, совсем молодой. Подпись на полотне гласит: "Вор, граф и графиня дю Нор.", и вряд ли кто догадается, что вором был некогда бывший работник Ренард Бофорт.
Ну а пока, Париж мирно спит.