Снежки и что-то новенькое
Заварушка с медведем отняла много времени, и как бы Гейрту ни хотелось продолжать путь, а пришлось останавливаться на ночлег. Буря успокоилась, но термальных бомбочек больше не осталось, и мужчина решил пожертвовать гранатой, чтобы расчистить площадку для ночлега.
— Кинни, я сейчас должен буду кое-что сделать. Ты закрой шлем и не высовывайся, поняла? — объявил в эфир Гейрт и насторожился, не получив ответа. — Кинни! Отвечай мне, если ты меня слышишь, хватит с меня твоих капризов!
В этот момент в него прилетел комок снега, смачно толкнув в спину. Сначала Гейрт думал, что это просто с ветки сорвался сугроб, но потом увидел выглядывающую из-за дерева Кинни. Она целилась в него еще одним снежком и задорно улыбалась.
— О-о, да ладно, перестань! — протянул он, закатив глаза. — Ты же не будешь играть со мной в эти ваши детские забавы?
— Да брось, почему нет, — звонко выкрикнула девушка. — Мы ведь все равно остановились на ночь, так? И до утра никуда не пойдем! — Снежок полетел прямо ему в лицо, но Гейрт успел увернуться. — Это весело! Давай, тебе понравится!
— Нам надо задуматься о ночлеге. Да, хватит, твою мать! — крикнул он, когда очередной комок пришелся ему чуть пониже пояса.
— Ой, прости, я не рассчитала, — смущенно хихикнула Кинни и стала улепетывать со всех ног за другое дерево, оставляя следы на белом полотне. Гейрт отряхнулся и смешно фыркнул.
— А по-моему, очень даже метко! Ну погоди, сейчас ты у меня получишь! — Его губы дрогнули в улыбке, выпустив облачко пара. Гейрт загреб в ручищи побольше снега, но он у него не склеился, как у Кинни, а рассыпался, обдав его холодом и присыпав, словно пудрой. — Как ты делаешь эти комки, почему они у тебя не рассыпаются?
— Ты что, никогда раньше не играл? — Девушка так удивилась, что забыла спрятаться. — И ты меня после этого называешь глупой! Тогда берегись, сейчас ты попадешь под настоящий обстрел!
Сорвавшееся дыхание, смешки, вскрики, тающая слякоть за шиворотом, в ухе и на лице Гейрта — все это сумасшествие было чем-то нереальным. Снежки летели в него один за другим, он совсем не успевал уворачиваться, и вскоре уже весь был покрыт ими, сам невероятно похожий на сугроб. Внимательно присмотревшись, он понял, что руки у нее ничем не защищены, и когда она ими набирала снег, от ее тепла он лепился в руках. Трансформировав комбинезон так, чтобы оголить ладони, он набрал в них снега, и получился комок.