Марионетка лебедя

В огромном белом бархатном высоком кресле, вжавшись в спинку, подобрав ноги под себя сидела дрожащая девушка. Напротив нее восседала за письменным столом пожилая женщина со слуховым аппаратом и что-то записывала перьевой старой ручкой. Через свои огромные линзы она смотрела на свою загнанную пациентку, которая постоянно оборачивалась на разные шорохи, звуки с улицы через приоткрытое окно, каждые пару минут выглядывала из-за спинки кресла в поисках неизвестности.

- Дорогая, опишите мне, что вы видите или слышите? Если вы так и будете молчать, я не смогу вам помочь, - Женщина протянула свою дрожащую руку к часам, проверяя точность времени, - У меня скоро следующий пациент, Виктория.

- Я слышу ее... - Девушка впервые смотрела в упор на своего психолога.

- Кого вы слышите? - Женщина вновь взялась за ручку, готовая начать записывать.

- Черного лебедя... Она...Она... Она уже пришла за мной... О ней все знают в труппе, но никто не говорит, что она с нами делает! - Виктория, от испуганного шепота перешла на истеричный вскрик.

- Кого вы имеете в виду, дорогая? Кто такой Черный лебедь?

- Она... - Тут же вскочив с места, забегала по кабинету в поисках чего-то. Вглядывалась в старые фотографии доктора, переворачивая их вниз, оборачивалась, будто слышала что-то или кого-то?

Женщина отметила, что такое поведение вовсе не характерно для Виктории, девушке, которая раньше приходила просто поговорить о своем прошлом и делилась рассказами об учебе в балетной академии. Анна, мечтала с малых лет стать балериной, но ее строгие родители запретили идти на танцы из-за проблем со слухом, и теперь она просто принимает у себя будущих звезд балета. Для нее это это было что-то вроде своей, обратной терапии. Виктория лишь третья по счету из таких пациенток, другие, к большому несчастью, пропали без вести. Одна из них говорила точно такие же вещи, но вот первая - Хлоя Остин, приходила с совершенно другой проблемой, она говорила, что к ней пристает художественный руководитель. Женщина советовала обратиться в полицию, но бедная девушка была слишком напугана, да и к тому же ей предстояла сыграть Королеву лебедей в балете "Лебединое озеро". Как отмечала сама Хлоя, роль Одиллии - это и есть она сама. Но у Анны не складывался пазл: на первых встречах девушка была такой самоуверенной и властной, но со временем она утухала, превращаясь в загнанную в угол мышь. Вот и сейчас, Виктория напоминала ей её...

- Виктория, дорогая, прошу вас, присядьте, - женщина привстала со стула, указывая на кресло.

- Нет, нет, нет, нет, нет... Она пришла за мной... Она пришла за мно-о-ой... - Девушка схватилась за голову, вырывала волосы, металась из стороны в сторону, кричала об одном и том же, выбежала из кабинета. Ее крик еще долго доносился с улицы до слабого слуха Анны.

- Что же с вами происходит, девочки? Кто такой Черный лебедь? - Женщина, сложила все свои бумаги с записями в стол, сняла очки и помассировав переносицу, медленными шажками направилась к своей домработнице.

- Миссис Кит, что случилось? Та девушка... - Женщина, стоявшая за плитой, вытерла руки о фартук, испуганно смотрела на хозяйку.

- Хотела бы я знать, что делает с этими девочками балетная академия Винсента, - Анна присев на стул, облокотилась головой на руку.

- Так может, эта, ну, в полицию сообщить? А то, вон, не первая уже такая, а? Мало ли чего натворят? Или как те? Пропадут? Ой, что же это творится? - Домработница развела руками, качала головой, явно обеспокоенная пациентами доктора Анны.

- Если Виктория не придет через неделю на прием, я сообщу в полицию, Марта, хорошо? - Женщина тяжело встала , опираясь руками на столешницу, немного прокрихтела, не то от боли, не то от старости.

Вернувшись в кабинет, женщина принялась устранять беспорядок, который сотворила Виктория. Вернула на свои места фотографии в рамках, у одной даже стекло треснуло. Приложив к ней свою морщинистую тонкую ручку, с легкой улыбкой смотрела на мужчину. На женщину смотрел и широко улыбался молодой мужчина в военной форме, в верхнем уголке фотографии красивым почерком было написано лишь "Моей драгоценной". Переведя взгляд на обручальное кольцо, Анна, поставила рамку на полку, сверив время с часами на столе и на запястье, устроилась удобно на своем стуле, достала новые записи с именем следующего пациента, принялась ждать.

***

В домашней студии, на полу у зеркала сидела девушка, пришивая резинку к новым пуантам. В наушниках играл Luke Faulkner - Ballade, немного мыча себе под нос, Лили уколола палец иглой, одернув руку, осмотрела место укола, продолжила заниматься пуантами. В ее голове без остановки бегала мысль, о скором поступлении в балетную академию Винсента, самую лучшую в городе. Девушка в тайне подала документы на зачисление, и сдала экзамен, оставалось ждать пару дней и она сможет в скором времени выступать на главной сцене. Громко вздохнув, выпрямив спину, почувствовался хруст позвонков, мелодия переключилась, перед глазами стояла мама, державшая в руке телефон, взгляд ее не сулил ничего хорошего.

- Что, мам? - Лили сняла наушники, оставив их на шее.

- Почему я узнаю, что ты подала документы в академию? И почему я только сейчас узнаю, что тебя зачислили? Как это понимать, Лили? - Мамин голос был жестким и полон строгости.

- Потому что я знала, что если я расскажу тебе, - девушка встала с пола, развернулась к станку, принялась делать растяжку, - То ты бы начала ругаться.

- Конечно я начну ругаться! Как ты могла пойти на такое, не посоветовавшись со мной? Почему именно его академия, а не любая другая? - Женщина швырнула телефон на пол.

- Другие мне не нравятся, да и к тому же, обучение платное, а у Винсента, есть даже общежитие, и все бесплатно. Это же нам в плюс, разве нет? - Лили выгнулась назад, держа руку над головой в изящном изгибе, задержалась на минуту, и вернулась в исходное положение.

- Я не пущу тебя! Ты туда не поедешь, слышишь? Я запрещаю!

- Мам, если тебе позвонили и ты сейчас злишься, значит меня приняли? Тогда пойду собирать вещи, - Девушка взяла с пола пуанты, направилась в свою комнату.

- Ты хочешь повторить судьбу своей сестры? - Мама схватила дочь за руку.

- Она была одержима лишь одной ролью, хотя должна была исполнить две, а это не каждому под силу. Я с этим справлюсь идеально, и ты увидишь это, когда я выступлю на сцене.

- Но ты не похожа на Королеву лебедей, ты не Одетт, ты не легкая и не изящная, какой была твоя..

- Но заметь, большего успеха пока добиваюсь я, а не она.

Женщина в ужасе охнула, прикрыв рот рукой. Как ее родная дочь, может говорить такое, когда пропала ее родная сестра. Сестра, что жила балетом, стала и правда одержимой ролью Одиллии, связалась с плохой компанией и исчезла, накануне премьеры "Лебединого озера". Как бы мать не требовала возобновления в поисках пропавшей старшей дочери, полиция закрыла дело, из-за отсутствия должных улик, и посчитали ее сумасшедшей. Теперь же и младшая дочь, что и вовсе не помнила о сестре, идет по ее стопам. Чувствовало материнское сердце, что случится беда с ее ребенком, и надо уберечь ее от беды. Женщине не хотелось со слезами на глазах слушать голос дочери в телефоне, которая молит забрать ее, говорит, что ее хотят убить другие девушки из труппы, и что-то было связано с этим самым Винсентом - художественным руководителем. Горюющая мать не отпускала надежду, что ее пропавшая дочь когда-нибудь позвонит или вернется домой, и расскажет, что же с ней случилось за эти тринадцать лет. Смогут ли они наказать всех обидчиков? Докажут ли всем, что академия...

- Мам, я собралась, ты меня отвезешь или мне такси вызвать? - Лили стояла с несколькими сумками полными ее вещей, смотрела на маму пустым взглядом.

- Я.. А, я тебя отвезу, сейчас, только переоденусь и выезжаем... - Замешкавшись, женщина начала бегать по гостиной и что-то искала.

- Мам, твой кардиган на кресле, вон, - девушка показала пальцем на рядом стоящее с матерью кресло, на котором висел старый вязанный кардиган.

- Ах, да, вот спасибо... Ну что, поехали?

- Давно бы выехали... - Закатив глаза, Лили вышла из дома, не дожидаясь маму.

Дорога до академии занимала всего какой-то час, но обстановка в салоне автомобиля, давила, казалось бы, намного дольше. Девушка, подперев подбородок ладонью, упорно смотрела в окно, можно было подумать, что она зла сейчас на весь мир, но в глубине души, радости не было предела. Поступить с первой попытки в академию Винсента, считалось более, чем престижно. Будучи маленькой, родители всегда водили ее на каждую премьеру, если ею руководил Винсент Луи. Он славился не только гениальной постановкой хореографии, но и своей внешностью, уж очень популярен среди девушек, а может и не только... Лили прекрасно осознавала, что в этой самой академии, когда-то училась ее старшая сестра, но из-за разницы в возрасте, в памяти ничего не осталось, кроме имени, и рассказов родителей, что она была одержима "Лебединым озером" и мечтала танцевать на сцене исключительно черную лебедь - Одиллию. Сама же Лили, не имела столь ярого желания, жизни одной роли, ей хотелось большего: после скорой премьеры, стать известной балериной и начать гастролировать по всему миру, и не быть пленницей лебедей. Наверняка "Кармен" бы подошел ей идеально. В наушниках заиграла, до приятной боли в сердце Beethoven - Fur Elise. Вид за окном перестал мелькать, как непонятная мазня из множества красок на холсте, а приобрел четкую картину здания Балетной Академии имени Винсента Луи. Взволнованно вздохнув полной грудью, девушка улыбнулась сама себе, повернулась к матери, поцеловав ту в щеку, вышла из машины, забрала вещи из багажника, направилась уверенной походкой ко входу.