Будильник – эта маленькая мерзопакостная коробочка с садистскими наклонностями – в очередной раз вырвал меня из объятий сна, где я, кажется, беззаботно летала на розовом единороге над полями цветущей лаванды. Реальность, как всегда, оказалась куда прозаичнее и пахла не лавандой, а вчерашним днем и подступающей мигренью. Я хлопнула по кнопке, заставив его замолчать, и несколько секунд просто лежала, глядя в потолок нашей скромной двушки, где каждая трещинка была изучена досконально, словно карта неизведанных земель. Солнечный луч, наглый и бесцеремонный, уже пробивался сквозь щель в шторах, обещая очередной суматошный день.
В соседней комнате посапывала Машка, моя семилетняя катастрофа, мой личный источник эндорфинов и седых волос одновременно. Ее сон был безмятежен, как у ангела, забывшего на время о своих проказах. Тихонько, стараясь не скрипеть предательскими половицами, я выбралась из-под одеяла, которое казалось сегодня особенно уютным и не желающим меня отпускать. Натянула первый попавшийся халат – кажется, с изображением грустного мопса, идеально отражавшего мое утреннее состояние, – и пошлепала на кухню.
Кухня встретила меня относительным порядком, что было скорее исключением, чем правилом. Видимо, вчерашний приступ «идеальной хозяйки» еще не до конца выветрился. Первым делом – кофе. Без него я была не человеком, а скорее его бледной, невыспавшейся тенью, способной лишь на нечленораздельное мычание и спотыкание о собственные ноги. Аромат свежемолотых зерен, густой и терпкий, начал медленно заполнять пространство, действуя как мягкий реаниматор. Пока турка пыхтела на плите, словно маленький сердитый паровозик, я оглядела поле предстоящей битвы: собрать Машку в школу, приготовить завтрак, не забыть про ее рисунок для конкурса «Моя семья», который она вчера с таким энтузиазмом раскрашивала, щедро делясь фиолетовым фломастером со столом и собственным носом.
— Ма-а-ам! – раздался из комнаты звонкий, как колокольчик, голосок, не оставляющий сомнений, что маленький энерджайзер проснулся и требует внимания.
Я улыбнулась. Этот голосок был моим личным топливом, ради которого я готова была свернуть горы, ну или хотя бы встать на полчаса раньше.
— Доброе утро, солнышко! – крикнула я в ответ, наливая себе первую, самую спасительную чашку кофе. Вкус был горьковатым, обжигающим, именно таким, какой нужен, чтобы окончательно стряхнуть с себя остатки сна, липкого, как паутина.
Понравилась история? Поделитесь впечатлением!
Так сообщество узнает, что действительно стоит прочесть.