Глава 1
I
Профессор Йонас сидел в небольшой выделенной секции на корабле «Гермес» и разглядывал через двойное стекло иллюминатора раскинувшееся под кораблём поселение. Корабль стоял у самой кромки большого кратера, в чаше которого было основано поселение. Состояло оно из небольших куцых домиков, сработанных из камня и местного материала, по своим свойствам – напоминающего глину. Вся эта деревушка с аккуратными узенькими улочками с высоты корабля казалась профессору игрушкой в стеклянном шаре, при взгляде на которую в нём с новой силой поднималась удушающая тоска по дому.
Преодолевая старческую тяжесть собственного тела, профессор поднялся с кресла и подошёл к иллюминатору, чтобы задёрнуть занавеску от палящего утреннего солнца. Полвека назад перед ним стоял выбор места для высадки, и вопрос этот казался несложным. Теперь же, спустя время, стало понятно, что место было выбрано неудачное. Из-за особенностей течения времени в этой Галактике, движения сопутствующих небесных тел, и особого, отличного от земного состава атмосферы, в этой части планеты всегда казалось, что утренняя заря незаметно переходит в вечерние сумерки, а дня и вовсе не существует. От этого профессор постоянно терялся во времени и приобрёл привычку глядеть в окно с тоской и смутным ожиданием опасности. Но люди, однажды лишённые дома, не хотели больше переселяться – семя было брошено, и уже пустило слабые корешки в незнакомую, мало подходящую для него почву.
– Пап, ну ты скоро?
Марин, дочь профессора, по своему внутреннему свойству всегда производившая эффект урагана, в очередной раз влетела в секцию без стука и нарушила плавное течение профессорской мысли. Йонас от неожиданности вздрогнул всем телом.
– Уже пора? Почему мне не сказали? – сонным голосом спросил профессор.
– Потому что ты же наш «отец всеобщий», как тебя тревожить? Все сидят и ждут.
Говоря это, Марин закатила глаза и скривила губы. То ли ей не нравилось делить своего отца с остальным Третьим Поколением, то ли претила идея всеобщего отца в принципе, но скорее всего – и то, и другое. Сонный пожилой профессор встрепенулся, мгновенно скинув с себя дремоту и вместе с нею не менее десятка лет, и бодрой походкой направился к выходу.
– Так что ж ты-то сидишь? Знаешь ведь, мне скучно по утрам! – с наигранной укоризной спросил профессор.