LI

Она живет в Северной Дакоте, в маленьком городке где все друг друга знают по имени, но никогда не интересуются, как ты живешь, а значит, ей не к лицу улыбаться.

Мимо проходит компания подростков, единственные, кто всегда плюют на правила. Они не помнят имен и постоянно интересуются, как у тебя дела, улыбаются и смеются через слово, борясь с серыми людьми, которыми переполнен весь город. Молодая девушка с волосами цвета пшеницы улыбаться Петти пионовой улыбкой и исчезает в дверях старого трамвая вместе с друзьями.

Пропахшая химией больница не вызывает ничего кроме желания блевануть куда-нибудь и уйти прочь. Парень на входе в синей форме вежливо улыбается ей, но она не видит его, только уставшее, измотанное тело с погибшей нервной системой, не более. В ее палате смертью пахнет меньше, тут скорее все заполнила тоска. На тумбочке рядом с кроватью стоят свежие цветы сирени, рядом лежит не открытая синяя пачка Philip Morris. 

- Привет, - говорит она, уже не улыбаясь и не боясь задеть Элис.

- Я не курю на самом деле, это Лишон своего друга попросил занести, - Элис смотрела на свои руки и говорила тихо, но уверенно и четко.

- Цветы он принес вместе с сигаретами?

- Да.

Петти за два шага пересекает всю комнату и открывает окно, немного пригнувшись смотрит на белковое небо, прошитое капиллярами. Тяжелый взгляд солнца заставляет поморщится и снова посмотреть на сестру, вокруг которой плывут фиолетовые и желтые пятна. Прежде чем она открыла рот чтобы спросить, Элис опережает ее.

- Как там Герман?

- Хорошо, ему лучше.

- А ему было плохо?

- Это мягко сказано.

Выдержав паузу в ожидании продолжения, Элис спросила сама.

- Он снова употребляет? - посмотрев на сестру сочувствующим взглядом, Элис пробудила в младшей сестре бурю эмоций. И та, не выдержав, расплакалась.

- Ну чего ты, - подъехав к ней, Элис усадила ее к себе на колени, позволяя намочить больничную одежду слезами.

- Ты прости, я не должна сейчас плакаться тебе, - оторвавшись от плеча старшей сестры, Петти пыталась вытереть не прекращающие идти слезы. - Он не только снова подсел на иглу, у него чертово раздвоение личности, и я так много о нем не знала все это время...

Элис продолжала гладить ее по спине пока не кончились слезы, и без сил Петти легла щекой на грудь сестры, тяжело и глубоко дыша от долгих рыданий.

- А мой вот наркодилер, убивающий людей исходя из каких-то своих убеждений.

- Да, нам всегда везло с мужчинами, - они смеются, но улыбка через пару секунд застывает на лице Петти.

- Я же стреляла в него, Элис.

- В кого?