Глава 6
- Грифон - дурак! - возбужденно проговорил Штопор как-то раз, стоя за прилавком, протирая один из своих многочисленных стаканов и обращаясь ко мне, чуть перегнувшись через стойку бара. - Нет, насчёт толпы и её разума это он красиво говорит и в принципе, правильно. Но, не шоу нужно толпе. Какое шоу? Какая скука? Людям испокон века нужны были лишь три вещи, как сказал Наполеон: деньги, деньги и деньги. Вернёмся к тому же СССР, - говорил он в возбуждении отставив жалобно звякнувший стакан и чеканя каждое слово ударом ребра ладони по дубовой крышке стойки - На какой идее воспитывали народ? На идее построения коммунизма, так? Какова главная идея коммунизма? В магазинах есть всё, и это самое "всё" - абсолютно бесплатно. Обычная, самая, что ни на есть, меркантильная идея. Что изменилось бы, если ВКП(б) пообещал людям не бесплатное "всё", а неограниченное количество денег, чтобы неограниченно покупать это самое "всё"? Но поняв, что коммунисты их, мягко говоря, нахитрили, или просто устав ждать, люди скинули КПСС и принялись зарабатывать деньги. Такие вот шутки и песни... Подумай об этом... Кстати, о деньгах. Он хитро прищурился и поглядел мне в глаза. - Мне на большую землю надо бы груз доставить один, возьмёшься? Все безопасно! Тебя отвезут на поезде, а через неделю заберут обратно мои люди! Как вернешься, познакомлю тебя с человечком одним и дам наводку на лабораторию. Тебе же туда надо? Ну вот! Ты - мне, я - тебе, всё честно! Эй, Ласка! - закричал он обернувшись через плечо куда-то в тёмный проход. Оттуда вышла девушка лет двадцати с копной абсолютно рыжих волос на голове, заплетенных в хвост. Внешность её действительно чем-то напоминала маленького зверька из семейства куньих. Острый, слегка курносый носик, рыжие волосы и рыжие веснушки. Штопор ласково обнял девушку за талию одной рукой и произнёс: Вот оно моё сокровище, береги её как зеницу ока! Это Серб. - представил он меня ей, - он из Двуглавых. Орлы бойцы хорошие, с ним не пропадешь!
Ласка, как назвал её Штопор слегка сощурив глаза придирчиво огоядела меня, не говоря ни слова развернулась и, бросив резкий взгляд на Штопора, скрылась в темноте прохода. Штопор бросился за ней, хлопнув дверью. Послышались невнятные голоса. Голос Штопора басил что-то на низких нотах, Ласка перебивала его отчаянным фальцетом. Вокруг барной стойки уже собралась небольшая толпа. Одна половина пыталась услышать, о чем именно говорят за дверью, другая вслух строила предположения о причинах начинающегося на их глазах скандала. Гул голосов последних мешал слушать первым. Послышалась ругань, потом звук удара. Начинающуюся, возможно, первую в истории бара драку прервал Штопор: выйдя из двери он коротко рыкнул на зазевавшегося вышибалу, который тут же рьяно принялся исправлять свой недосмотр, а сам, заверив меня в том, что Ласка согласится, и ничего отменять не надо, принялся инструктировать меня по-поводу дороги. Завтра сутра мы должны будем сесть на государственный поезд, который на несколько минут остановится в Махотинском, (Штопор о нас уже договорился, нас пропустят) и доехать до первой станции за границами зоны. На станции мы должны будем сойти, я прослежу, чтобы Ласка села на самолет до Москвы, а через неделю, сяду на тот же поезд, который пойдёт в обратном направлении, и сойдя в Махотинском направлюсь к Штопору, отчитаюсь о выполнении и получу наводку на человека, который сможет отвести меня в лабораторию. На первый взгляд всё просто. Кем является Ласка Штопору, я из вежливости уточнять не стал. Грифон не возражал против моей поездки, так что, даже убегать от братьев по клану, чего опасался Штопор, не пришлось.