Глава 4.
Кровать мне досталась у самого входа, так что я слышал шаги всех, кто проходил мимо комнаты парней. Напротив меня обосновался Рома, а Паше досталась кровать у окна, которую он застолбил первым. Мы легли спать, еще когда из комнаты девчонок доносились отрывки их разговоров, то и дело прерываемые взрывами хохота. "Про меня болтают"-думал я. Наверное, обсуждают мое несчастное существование. "Как же повезло Паше-перед ним открыты все двери, а он для этого не прилагает никаких усилий.. Везет же красавчикам"- обдумывая все это, я не заметил как уснул.
Наутро кожа моя зудела от укусов комаров, спальный мешок помог в этом вопросе не совсем удачно. В нем было жарко, тесно, без мягкого и тёплого одеяла спать было неприятно. Рома вместе с Леной ушли дежурить и для этого проснулись в пять часов. Остальные проснулись в шесть тридцать, но спать хотелось все равно.
А воздух здесь был просто волшебным-чистый и свежий. Если бы жары не было, от этого воздуха, насыщенного кислородом, я мог уснуть в любой момент. Но мимо моей комнаты часто проходили, шумели и я уже мечтал о том моменте, когда наступит тишина, чтобы нормально выспаться. Проспать самым глубоким и приятным сном на таком воздухе можно было целый день.
Никакого водопровода в лагере не было, а единственный колодец с питьевой водой, при нашей смене оказался отравлен. Но как мне кажется, каждым новым практикантам, говорили тоже самое. Воду для разных нужд брали прямо в Волге, ночью отстаивали, а утром фильтровали через кувшины, в которых кассет после этого хватало на пять раз. Потом их приходилось менять. Когда запасы кассет-фильтров истощились, воду попросту кипятили в чайнике.
Я отправился на водные процедуры: умываться и чистить зубы на Волгу. Покончив с этим, пошел помогать Роме, но тот, как оказалось, управился сам. На завтрак была гречка с сосисками. Лена управилась с готовкой наилучшим образом и все было быстро съедено. Невыспавшиеся ребята, отправились было по своим делам, но нам велел собраться всем вместе Стас. К нам подошел Эльдар Камильевич. Зевнул, широко улыбнулся и сказал:
-С сегодняшнего дня, каждый день в девять часов, вы должны будете собираться здесь, и я буду проводить у вас занятия- мы будем уходить в лес, изучать нужные вам в дальнейшем вещи и по изученному материалу вы будете выполнять задания. Всем все понятно? Есть какие-нибудь вопросы?
-Есть,- с наглой ухмылкой произнесла Соня- Может перенесем занятия на время позднее, я не высыпаюсь, и поэтому плохо соображаю. Я думаю ребята меня поддержат. Правда, ребят?
Но все уставились в землю, ведь в большинстве своем все были ранние пташки, только Соня могла спать до обеда.
-Нет, нельзя,- почесывая толстый живот говорил Э.К.-У нас четкое разграничение по времени и своеобразный режим наш должен соблюдаться. А сейчас у вас полчаса на сборы, возьмите с собой воду, средство от комаров, карандаш с тетрадкой- и встречаемся на этом же месте.
С этими словами он нас покинул. А мы пошли собираться.
Я ощущал внутреннее умиротворение от происходящего вокруг. Я чувствовал себя свободным, хотя очень любил уют своего дома. Побрызгавшись спреем от комаров и распугав всех вокруг вонючим запахом, которым он благоухал, я собрал вещи в удобный маленький рюкзак. Положил я в него спрей, фонарик, тетрадку с карандашом, как и было указано, свой смартфон, которым я любил фотографировать пейзажи и природу в любом ее проявлении, и водичку в бутылке.
Кстати, связи здесь, как и Интернета не было. Каменный век в действии. Ни воды, ни электричества.
Мы уже все собрались, кроме Оксаны и Паши, которые где-то запропастились. Отправив Таню их разыскивать, Э.К. чтобы занять появившуюся тишину, стал расспрашивать нас о проблемах с которыми мы сталкиваемся в университете. Бюджетники (все кроме меня) стали жаловаться на низкую стипендию, на плохие условия в общежитии и на отсутствии на их взгляд, с этим я тоже был согласен, хорошего отношения к студентам со стороны преподавателей. Но Э.К. к числу таких преподавателей не относился. По моему мнению, это был лучший преподаватель за мой первый год обучения. К городским из нашей сформировавшейся группы относились я, Соня и Паша с Ромой, так что про проблемы общежития я знал только по слухам. Будучи домашним человеком, я более других ценил уют, но и природу тоже любил, чего не скажешь об остальных присутствующих. Рома природу ненавидел вообще, и старался не выходить за пределы своего жилья, то бишь нашей комнаты.
Вернулась раскрасневшаяся Таня, позади нее шли сконфузившееся Оксана с Пашей.
-Нашлись! - заулыбался Э. К. - Все на месте? Значит, следуете за мной".
И мы, весело разговаривая, отравились в путь. Настроение мое, говоря по правде, подпортилось. Что могли эти двое там делать, если Таня привела их вся взбудораженная? Неужели Ксюша так быстро забыла своего Егора? Ведь мы здесь только второй день. А она уже пошла на попятную перед этим. Позади меня, Соня тараторила и не могла остановиться. Обращаясь будто бы к Лене, она не особо скрывала то, что она думает об этих двоих. До меня доносились обрывки ее речи:
-Как она могла?...Паше придется туго...А если это и так, то не важно...".
Ко мне подошел Рома, ведь я шел быстро своими длинными ногами, по сравнению с его тоненькими спичками, и спросил, как всегда глядя прямо в глаза: Ну и что думаешь они там делали?
-Какая тебе разница, они взрослые люди. Пусть чем хотят, тем и занимаются
-Неужели тебе не интересно? Не верю. Пойду у Сони спрошу, уж она сможет какую-нибудь версию составить.
Какая им разница? У людей бурная и интересная жизнь. А у меня... Ладно. Зато тихо и спокойно.
Продвигаясь глубже в чащу, двигаться становилось все труднее. Дорогу перегораживали упавшие деревья, разные сучья, цеплявшиеся за одежду и не дававшие пройти, колючие кустарники.
Растения здесь были выше человеческого роста. Гигантский чертополох, репейник, огромные листья папоротника. Комары дружной стаей то и дело нападали на нас, и средство от них уже не особо спасало. Размер их был соответствующий местной растительности.
Эльдар Камильевич рассказывал нам о голосах птиц, которые мы слышали; ловил насекомых, обитающих только в этих местах и объяснял их значение и строение. Остановившись и присев на землю, он попросил сделать тоже самое. На этом месте, где мы остановились в земле находились штук пятнадцать ямок. Засунув руку в ямки по его примеру, мы вытащили оттуда маленькие стеклянные баночки. Как пояснил наш преподаватель- это ловушки для крупных насекомых.
- Кому что попалось?- поинтересовался он.
У меня в банке ничего не было и я обернулся посмотреть что попалось другим. Но почти никому не повезло. Только Таня махала рукой и звала всех к себе. Растолкав всех, Э.К. подбежал к ней, взял ее находку и с победным возгласом поднял над головой большую темно-коричневую жирную сороконожку. Он долго про нее рассказывал, сейчас я уже и не помню к какому виду она принадлежала, к какому семейству и т.д. Мы, честно говоря, обрадовались, что нам ничего не попалось и по виду некоторых девушек это было хорошо заметно. Но Э.К. растолковав наш вид как расстроенный, успокоил нас, сказав, что дождя уже не было неделю, поэтому и добычи так мало.
Решив, что с нас на сегодня достаточно, мы отправились в лагерь. Хоть солнца здесь и не было, было душно, как в тропиках, и насекомые продолжали нас атаковать с удвоенной силой. Гнус, комары и шершни вынудили нас бежать по обратной дороге.
Вырвавшись, наконец на солнечный свет мы подошли к нашему пристанищу. До завтрашнего дня было задано нарисовать схематично с учетом всех размеров насекомых и птиц, которые сегодня нам попались во время прогулки. Рома с Леной отправились готовить обед, а я с Пашей отправился в комнату наших дам, которая располагалась в противоположной стороне нашего жилища.
Очутившись в ней, я понял, как в нашей комнатке грязно. Хотя там были те же оборванные обои, страшные железные кровати, женские руки в любом жилище при желании могут создать уют. На стенке над кроватью Лены, которая ушла стряпать, висел график уборки комнаты, и сегодня Таня навела порядок в этой комнате. Посовещавшись, мы решили дождаться нашего художника, который вместе с Оксаной, тоже не обделенной талантом, нарисует нам то, что нужно, а мы у него рисунки "скатаем". Из четырех кроватей центральную занимала Оксана, и даже ее кровать, также как и она сама притягивали взгляд. Мы молча с Пашей смотрели на нее, слушали ее рассказы, а Соня пыталась отвлечь разговорами Таню, которая пыталась отвлечь Пашу. Все также очаровательно улыбаясь, Ксюша предложила сыграть в карты.
-На раздевание?- с ухмылкой предложил Паша.
Может быть как-нибудь в другой раз,- обворожительно закинув волосы назад, ответила эта девушка.
-А я бы и не прочь так сыграть, - всплеснула руками Соня, исподлобья посмотрев на меня. - Если проиграет Паша я не против, а вот если Артем продует, лучше вообще его в игру не брать. Вдруг его субтильное тельце придется разглядывать.
Я сильно покраснел. Таня тоже покраснела, видимо опять из-за ревности к Паше. Лены не было, так что притормаживать Соню было некому. Все только прятали глаза.
- Ладно ребят, пошутили и хватит. Я сдаю.- Оксана обернулась на крик Ромы о готовом обеде.- Ох, переносим все на вечер, тогда и народу прибавится.
Уже было около пяти часов, а мы только обедать собирались. Столкнувшись в проеме двери, Соня ткнула в меня локтем и не обращая внимания на мой возглас, умчалась быстрее всех.
Немного придя в себя от унижения, я подумал. Если всем на меня наплевать, хуже ко мне относиться точно не будут. Допив питьевую воду из бутылки и съев последнее печенье в моем запаснике, и загрустив с этого (с потери одного из моих удовольствий). Собравшись с мыслями, я дошел до нашей "кухни" и сел на лавочку. Все весело болтали, преподавателю как всегда досталась самая большая порция макарон, которую ему любезно предложил Ромыч. Подойдя к печке, я набрал к себе в тарелку макарон с сосисками- видимо готовили сначала, то, что готовиться легче всего. И подсел к Паше.
Собаки пытались выманить у нас сосиски и в этот момент к нам подошел Стас, принеся с собой кетчуп, вызвав этим восторг у всех нас.
-Вечером всех жду здесь, на это месте на шашлыки, дежурные могут быть свободны!
Мы с одобрительным улюлюканьем поприветствовали его идею. После этого он присел рядом с Леной, очаровательно улыбнулся ей и стал рассказывать истории из своей жизни, которые также слушала Соня, сев от него с другой стороны и раскрыв рот от внимательности. Мне уже порядком надоело есть одно и тоже; и завтра, решил я, если буду дежурить с кем-то, попрошу приготовить нормальную пищу.
Дежурить я надеялся с Оксаной, она единственная, кроме Сони, кто еще не занимался готовкой. И когда я думал об этом, она вдруг подсела ко мне и заговорила:
- Артем. Завтра ты дежуришь, и по Таниному графику, я должна дежурить вместе с тобой, но готовить особо не умею и попросила ее поменять меня на другого дежурного.
Таня услышав наш разговор, вмешалась:
-Да-да я поставила с тобой дежурить Соню, только я ей еще об этом не сказала, скажешь сам.
И она обернулась к Паше, ласково посматривая на него, а он в свою очередь пытался перетянуть внимание девчонок со Стаса на себя.
Уже все слушали Стаса, включая нашего преподавателя, а я думал что же мне делать с Соней и как от нее избавиться. Оставив всех, я направился к себе.