Глава 11. Призрак

18 ноября 2031 года, вторник

Александр...

Я проснулась с единственным именем на губах.

Прошу тебя, не уходи.

Моя ладонь принялась шарить в темноте по пустой половине кровати. Гладкая простынь - мне удалось поспать без кошмаров, смятая подушка и теплое одеяло. Больше ничего.

Никого.

Распахнув веки, я рывком села на кровати. С удивлением покосилась на теплую ночную рубашку, пытаясь найти хоть одно доказательство появления ночного гостя.

Закрыла глаза и приложила ладонь к губам.

Я помню.

Я была счастлива.

Вновь распахнув веки, я одернула руку, вскрикнула и до крови прикусила нижнюю губу. Вулкан злости, обиды, отчаяния, страха в одну секунду взорвался во мне, разнеся к чертям все феерически сладкие воспоминания.

Подушка на волнах поднятой вверх злобы с глухим хлопком врезалась в стену.

- За что?! - сорвалось с моих губ ей вслед. Я закрыла лицо руками. Мысли летели со скоростью света, обрушиваясь на хрустальный купол дрожащего сердца. Разбивая его.

Мне хотелось разрыдаться, но я поклялась, что больше не дам себе послабления. Поэтому лишь стискивала зубы и задыхалась от застрявшего в горле сухого кома

«Какого черта ты издеваешься надо мной?» - сдерживаемый крик разрывал все внутри.

В дверь постучали. Я не отнимала ладони от лица. Стук повторился. Я дернулась и посмотрела на дверь.

- Войдите, - тихим сорвавшимся голосом выдавила я и только позже сообразила, что спросонья выгляжу ужасно. Даже хуже: отвратительно. В дверном проеме показался Ник Роджерс.

- Ты что, только проснулась? - весело хмыкнул он: настроение у Ника было куда лучше, чем вчера.

Я залилась краской, натягивая край рубашки до колена и отворачиваясь, чтобы он не увидел моего лица.

- Ладно. Доброе утро, - радость в голосе Ника сошла на нет, - я хотел извиниться за вчера. Я иногда сначала говорю, а потом думаю.

- Не стоит, - сухо выдавила я.

- Все в порядке?

- Да.

Чуть опустив голову, я покосилась на Роджерса. Создавалось ощущение, будто со вчерашнего дня прошла целая неделя. Ведь люди не меняются так за двадцать четыре часа. Разглаживаются ли морщины боли, созданные годами страданий за восемь часов здорового (или нет) сна? Обретает ли выцветшая синевато-белая кожа живой розовато-бежевый оттенок всего за одну ночь? Привыкают ли потрескавшиеся от химии губы к улыбке за это время?

Я не знала, возможно ли это. Но Ник Роджерс был другим.

- А это что? - Я дернулась и, обернувшись, проследила за его взглядом. - Ты в кого-то швыряла подушками?