Часть 17
И все это время я не разу не слышал Устроителя. Я не знал, что произошло с Надей. Под конец моего заключения я и сам начал сомневаться во всей этой истории.
После освобождения мне вернули мою яхту. Естественно, ИГЛА скопировала все мои разработки, которые я за последние годы самостоятельно разработал и применил на моем корабле. Но меня это не волновало. Мне было некуда податься, и я связался с Эдди. К счастью, все это время он оставался в Союзе трёх планет, и мы договорились встретиться в одном из его заведений на орбите Океании. У меня была неделя хода до этой планеты, и я решил потратить время на отдых и приведение себя в порядок.
Не стоит и говорить, что первым делом после заключения я попытался выйти в Подпространство и связаться с Устроителем, или поискать следы Тунов или Пришельце с Надей. Но это было бесполезно. Видимо что-то действительно сломалось в природе наших миров.
Во время следствия у меня было много времени, и я стал искать и изучать все что мог найти в архивах Земли про Устроителя. Или, как его называли древние этого мира, Создателя. Если бы я не знал о его существовании, я бы, наверное, воспринял все эти упоминания о нем как сказки, не придав этому особого значения. Но теперь я цеплялся за любую возможность найти способ снова с ним связаться. Я прекрасно понимал, что это единственный шанс увидеться с Надей, если Подпространство действительно закрыто.
Мне также оставили доступ к данным, полученным от Пришельцев и Тунов. И я изучил и их легенды про Общего и Забывшего. Они, хотя и не во всем, были очень похожи на земные. У всех был общий способ общения с ним - просить о помощи и надеяться на снисхождение. И я просил, отправляя свои просьбы по всем доступным мне каналам связи, лишь об одном - еще раз увидеть Надю.
Потому что в остальном у меня было все хорошо. За неделю полёта я посвежел, отдохнул, настроился на позитивный лад и даже стал строить какие-то планы на ближайшее будущее.
Эдди встретил меня шикарным ужином, накрытым в персональном зале его лучшего на орбите Океании ресторана. Было приятно увидеть старого друга после двух лет изоляции.