Part 20.

А•Н•Д•Р•Е•А

За всё время моей гребаной миссии мои мысли постоянно возвращались к одному человеку, который колоссально изменил меня.

Виолетта Грифоне.

Пока я сидела на скучном совещании Отряда (та мафия, откуда пришла Аврора), мне захотелось отключить свой мозг, чтобы не слышать этот бред.

Или, можнобылобы встать, подойтикФлавиоиразбитьегоголовуобэтот стеклянный стол, покаоннепотеряетгребаное сознание иизегоносане потечёт кровь.

Заткнись, мозг. Не сейчас.

Вместо этого я сосредотачиваюсь на модельном лице брата Авроры. Он сидит справа от своего отца и внимательно слушает его.

Удивительно, как он может скрывать свое отвращение.

Флавио бормочет о том, как Коза-Ностра полезна для нас обоих и представляет меня своим людям – я нехотя киваю им всем.

Алессио Манчини незаметно сжимает губы, когда его отец упоминает о его будущей жене.

Жена. Пиздец. Я замечаю то, что на нижней губе парня есть синяк, а челюсть тоже сине-фиолетового цвета. От отца ему досталось нехило. Уверен, ребра тоже сломаны, судя по его скованным движениям.

Когда, наконец-то, это чертово совещание заканчивается, я встаю, но ебаный Флавио останавливает меня. Все выходят, кроме Алессио. Мы остаемся втроем.

–Как там Стефано и Массимо? – спрашивает он притворно вежливым голосом. Я натянуто улыбаюсь, наклонив голову.

–Перемирие вот-вот порвётся, мистер Флавио. Вы в курсе?

Его левый глаз дёргается, и это подтверждает то, что он в ярости.

–Я не позволю этому случиться. И если так будет, я попрошу свою дочь обратно.

–Она больше не принадлежит Отряду. Миссис Аврора – часть Коза-Ностры. Она жена Стефано и никогда не оставит его. – я поднимаю бровь, ожидая его реакции.

Напряженное молчание затягивается, и, к счастью для нас всех, Алессио спрашивает:

–С ней всё нормально?

Я поворачиваюсь к нему, прищурившись.

–Она не сказала тебе разве?

–Эта чертова шлюха не общается с моим сыном и никогда не станет. – шипит Флавио. Гнев кипит во мне, и Алессио сжимает челюсть так сильно, что скрипят зубы, но мы сохраняем спокойствие. Я смотрю на него, но он не смотрит ни на отца, ни на меня. Он смотрит в пол.

–Эта «шлюха» принадлежит Коза-Ностре, мистер Флавио. Имейте уважение. Тем более, вы прекрасно знаете, кто она такая.

Он усмехается, но звук невеселый.

–Кто? Ледяная принцесса? – его насмешливый тон выводит меня из себя, но я держусь из последних сил.

Давай, сделайэто. Разбейегофизиономию, чтотебя останавливает?

Блядь, мозг. Ты достал.

Такие мысли полезны, но я не могу рисковать доверием Стефано.

Наконец, ублюдок встаёт со своего священного места.

Все это время он сидел, а мы с Алессио стояли. Таким образом он подчеркивает своё превосходство.

Я пожимаю ему руку и опять фальшиво улыбаюсь.

Он выходит, и я, спустя вечность, могу повернуться к Алессио.

–Твой отец сплошной ублюдок. – говорю я.

–Я в курсе, не надо напоминать то, в чем я убеждаюсь каждый день. – он смотрит на меня пустым взглядом, и я спрашиваю:

–Как она?

–По-твоему? Отец выгнал её.

–Какого хрена он делает?

–После того, как Стефано сказал об этом, он решил, что так лучше. – выпаливает он и отворачивается от меня, кладёт руку на лоб.

–Блядь, вы ненормальные. Слушай внимательно, ублюдок. То, что все так обернулось, ещё не значит, что так и должно быть. Следи за ней, понял? Это ебаный приказ. Причем приказ Стефано. И держи свою сестру в курсе. Она волнуется. – сказав это, я выхожу из этого удушающего места, не дождавшись его реакции и ухожу к дверям выхода.

Огромное здание остаётся позади, когда я вздыхаю. Наконец-то. Я могу двигаться дальше и полететь домой.

Этот город меня душит.

Я вытаскиваю телефон и открываю контакты. Первый номер – Виолетта. И да, я записал свой номер на её телефон.

Вместо того, чтобы написать ей какую-нибудь ерунду, я звоню Стефано.

Он поднимает сразу после второго гудка.

–Ублюдок, я прикончу его! Это не сработает, я говорил тебе! – голос взбешенного Массимо прорывает тишину, как только я подношу телефон к уху.

–Слушаю. – протяжный голос моего Капо останавливает бесконечный поток матов Массимо, и я готов поклясться, что уверен, как Стефано поднял руку, останавливая его.

–Сделано. – говорю я тихо.

–Понял. Езжай домой.

И на этом мы отключаемся. И так проходит каждый наш разговор со Стефано. Коротко и без лишнего дерьма.

Взяв такси – и, конечно же, убедившись в том, что водитель безоружен, – и проверив собственные ножи и пистолеты, я поехал в аэропорт.

По дороге я решил написать той самой, что решила изменить меня.

Я: Что делаешь?

Ответа я не дождался сразу, хотя, на что я надеялся? Что за глупый вопрос?

Положив телефон в карман, я стал осматривать город. Чикаго – странный город. Я не люблю такие места. Сицилия мне по душе.

Мой гаджет завибрировал, оповещая о новом сообщении.

Виолетта: Разговаривала с Авророй. Аты? Кстати, Стефанонетакой страшный, как кажется напервый взгляд.

Я улыбаюсь про себя, но пишу в ответ.

Я: Яжеговорил, чтооннемонстр. Кнему просто нужнопривыкнуть.
Яедудомой. Будутамближекночи.

Ответ приходит незамедлительно.

Виолетта: Ясоскучилась :(

Блядь. Это чуждо. Это не то, что я ожидал.

Не зная, что ответить, я пишу:

Я: нестоит, Виолетта. Янетот, покоторомунужно тосковать. Ятот, кторазрушилтвою жизнь, вконце концов.

Виолетта: Нет. Мою жизнь разрушилотец. И, может, в какой-то степени, даже Винсенте, нонеты. Тысталмоимспасениемот проблем. Янежалею, чтовстретилатебя. Пустьнаши чувства иневзаимны, номне всё равно, покатырядомсо мной. Тыприкольный. Стобойне скучно. Простонемногонехватает эмоций и всё.

Черт. Бросив взгляд на водителя, я убедился, что он даже не обращает на меня внимания. Все в порядке, блядь.

Я: Янеговорил, чтонаши чувства невзаимны.

Прежде, чем подумать, я отправляю это сообщение и очень сильно – хотя нет, это преуменьшение века, не сильно, а пиздец как сильно – жалею об этом.

Виолетта: Нотыне отрицал это.

Я: Но я не подтверждал это.

Виолетта: Тыправ. Значитлиэто, чтотынененавидишь меня?

Я: когдаяговорилтебе, чтоненавижутебя? Этобредсивой кобылы.

Виолетта: 😘😘😘 спасибо!

Я ничего не отправляю, только качаю головой и улыбаюсь, как конченый идиот.

Водитель бросает на меня взгляд.

–Жена? – спрашивает он.

Оставьменявпокое. Этонетвоеебаноедело.

Вместо этого я качаю головой и говорю:

–Нет. С чего такие выводы?

–Чувак, ты улыбался и смотрел на телефон так, будто там был весь твой мир.

Я смотрю на него с минуту, а потом сжимаю губы.

–Иди нахрен.

–А что тут такого?

–Ты же не знаешь, кто я такой? – я спрашиваю, а он улыбается еще шире, отрицательно качая головой.

Может, ему и не стоит знать.

–Обычно мне это говорят люди, которые никем не работают и просто считают себя крутыми. – он поднимает одно плечо.

–Я могу запросто убить тебя прямо сейчас без колебаний, ты в курсе?

Он не перестает улыбаться.

Унеговсев порядке смозгами?

–Тебя посадят.

–Нет.– уверенно парирую я.

–В смысле, бро?

–Я Андреа Росси. Езжай.

Он присвистывает и резко поворачивает руль вправо, тормозит слишком громко и быстро. Потом смотрит на меня с удивлением.

–Гонишь. – хрипит он.

–С чего бы мне это делать? – я показываю на свою татуировку и приказываю ему езжать.

МненужнокакможноскорееувидетьОдуванчика.