8 глава

Наклонившись ко мне, Чонгук жарко прошептал:

— Хочу тебя вылизать.

И коснулся языком моей ушной раковины, кончиком обводя ее завитки.

От этой ласки и его слов — я ведь понимала, что он имеет в виду, — меня прошило разрядом удовольствия и обожгло неловкостью. Безотчетно я уперлась ладонью в его широкую грудь. Он нависал надо мной, подавляя своей мощью, своей темной густой аурой. Задыхаясь от его близости, я пыталась освободиться из этих тесных объятий, оттолкнуть Чонгука, но тщетно. Он был слишком огромным, слишком сильным. Рядом с ним я остро ощущала свою женскую хрупкость.

Конечно, можно было применить магию, но делать это почему-то не хотелось. Лалиса часто наказывала супруга с помощью дара.

— Позволь мне... — шептал этот серый великан, но вел себя так, будто никакое позволение ему не требуется.

Широкой теплой ладонью он накрыл мою руку, которой я давила ему на грудь, и прижал ее к себе крепче. Его сердце билось гулко и часто. От его волос исходил слабый древесный аромат, его кожа пахла пещерами Маэл'ар, длинными скальными туннелями и гуляющими там сквозняками.

Я невольно затаила дыхание, потому что Чонгук вдруг повел мою руку вниз по своему телу. Открытой ладонью я ощутила ряд пуговиц рубашки, ее тонкую хлопковую ткань, а под ней рельеф мускулистого живота.

Чонгук держал крепко. Из его хватки было не вырваться. Он опустил мою руку к поясу своих штанов и еще ниже, вынудив меня накрыть твердый бугор у него в паху. Вся мощь его возбуждения уперлась мне в ладонь. Округлая сталь, пульсация и живой жар.

— Лалиса...

Он двигал моей рукой, заставляя ласкать его через штаны. Потирался о мою ладонь и постанывал, наблюдая за мной из-под опущенных ресниц. Его глаза были затуманены удовольствием. Губы, серые, но с чувственным изгибом, — приоткрыты. Дыхание участилось.

— В спальню? — прохрипел Чонгук и потянул меня в нужном направлении. — Я сделаю тебе хорошо. Ты кончишь не менее трех раз. Сначала на моих пальцах, потом на моем языке, и под конец на члене.

Мое белье промокло насквозь, но я все еще была не готова зайти в наших отношениях настолько далеко. Ну не сплю я с мужчинами на первом свидании. И на втором не сплю. Мне надо доверять тому, с кем я делю постель.

— Подожди.

Единственный способ обуздать этот серый ураган — прибегнуть к хитрости, что я и сделала. Переключила фокус его внимания с плотских утех на близость иного рода.

— Не торопись, Чонгук, — сказала я ласково и коснулась свободной ладонью его щеки.

Этот простой нежный жест внезапно произвел эффект разорвавшейся бомбы.

Чонгук замер и распахнул глаза. На его лице застыло недоверчивое, почти ошеломленное выражение. Не смея пошевелиться, он скосил взгляд на мою руку, которой я легонько гладила его по щеке. Раньше супруга не была с ним добра. Впервые за семейную жизнь он увидел от жены ласку, а не грубость и пренебрежение.
Казалось, этот сильный, опасный мужчина растерялся и не знает, что делать, как реагировать на мою нежность. У меня сложилось впечатление, что он старается не дышать и не двигаться, боясь разрушить нежданное волшебство.

— Чонгук, — я гладила его щеку.

— Да. Пожалуйста. Еще раз, — прохрипел дроу. — Мне нравится, когда ты называешь меня по имени.

— Чонгук...

Он прикрыл веки, наслаждаясь этой незамысловатой лаской, одинокий, замерзший, нуждающийся в душевном тепле даже больше, чем в телесной близости.

— Давай я обработаю твои раны.

— Какие раны?

— На ноге. От кандалов.

Чонгук посмотрел на меня с недоумением. Моргнул по совиному два раза и недоверчиво переспросил:

— Ты хочешь... обработать мои... раны?

Я кивнула.

— Зачем? — пепельные брови эльфа поползли вверх.

— Чтобы облегчить боль, — ответила я. — Чтобы снять воспаление.

— Зачем тебе облегчать мою боль?

Он таращился на меня, как на чудо, и выглядел так, будто не верит своим ушам.

— Хочу позаботиться о тебе.

— Поза... что? Позаботиться?

Казалось, от моих слов его сейчас хватит удар.

— Пойдем к дивану, — я взяла мужа за руку и повела за собой.

Непривычно податливый, он последовал за мной к широкой скамье, застеленной пушистой шкурой и заваленной подушками. Походка у него была неуверенная, какая-то деревянная. Своим поведением я словно выбила почву у него из-под ног.

Чонгук сел на скамью. Огромными глазами он наблюдал за тем, что я делаю. Ищу на полках баночку с нужным средством, опускаюсь перед ним на колени и аккуратно смазываю поврежденную плоть вокруг щиколотки, где старое железо счесало кожу до мяса.

Краем зрения я заметила, что эльф ущипнул себя за руку, затем, не ограничившись этим, царапнул по ладони когтями и улыбнулся, увидев кровь и почувствовав боль.

Да, это не сон. Твоя реальность изменилась. Скоро ты в этом убедишься.

— Ну что, так лучше? — я подняла на него взгляд.

Чонгук сглотнул. Когда он заговорил, его голос звучал иначе — мягче, более хрипло, очень тихо.

— Всю жизнь я надеялся, что ты изменишься. Что случится чудо, и моя жена станет другой. Это было глупо. Я смеялся над собой, злился на себя за эти идиотские мечты, пытался убить надежду. А сейчас...

Словно устыдившись своих откровений, Чонгук отвел взгляд.

Для него это была неизведанная территория, где он чувствовал себя неуверенно и неловко, наверное, поэтому поспешил вернуться на привычную, проторенную тропу.

— Ну что, потрахаемся? — резко сменил он тему.

Опять двадцать пять!

Ну почему этот мужик такой озабоченный?

Надо переключить его внимание на что-то другое.

— У тебя скоро день рождения, — сказала я, порывшись в памяти Лалисы. Даже удивительно, что эта информация сохранилась в ее голове, а не была вычеркнута за ненадобностью. Бывшая хозяйка моего тела ни разу не поздравила мужа с праздником, уже не говоря о том, чтобы этот праздник отметить.

Дроу нахмурился, не понимая, к чему я веду.

— И-и-и? — протянул он.

— И-и-и почему бы нам не выбрать тебе подарок.

Я понимала, что выпадаю из навязанной роли, но мне хотелось избежать очередных домогательств, да и Дженни сказала, что пора сменить кнут на пряник. Чем не повод проявить себя с лучшей стороны?

Несколько секунд Чонгук таращился на меня с открытым ртом. Затем коснулся своего лба, как это делают люди, когда проверяют температуру. Наверное, решил, что у него жар и как следствие — слуховые галлюцинации.

После он дотронулся и до моего лба, видимо, предположив, что лихорадка и бред не у него, а у меня.

— Ты в последнее время с лестницы не падала? — уточнил дроу. — Головой о ступеньки не ударялась?

— По-твоему я не могу осознать свои ошибки и измениться?

— Ошибки? — задумчиво повторил Чонгук и окинул меня подозрительным взглядом.

С удивлением я поняла, что больше не боюсь разоблачения. Во-первых, правда слишком фантастическая, чтобы о ней можно было легко догадаться. Во-вторых, странности в своем поведении я всегда могу объяснить тем, что выполняю задание Великой матери, которая приказала мне задобрить моего супруга, могучего воина и мага. В общем, нет смысла волноваться и корчить из себя злодейку.

— День рождения, — шептал Чонгук, будто пробуя эти слова на вкус, — подарок.

— Да, подарок. Что бы ты хотел, чтобы я тебе подарила?

— Я могу попросить все что угодно?

— Да, — ляпнула я, не подумав.

Серые чувственные губы моего мужа растеклись в коварной улыбке, при виде которой я тотчас пожалела о своих словах.

— То есть нет. Не все. В меру разумного.

Чонгук ухмылялся, хищно сверкая желтыми глазами. Под его взглядом я ощущала себя добычей, которую в мыслях уже обглодали до костей.

— В меру разумного, — повторила я. — Ты услышал?

Дроу шагнул ко мне, я попятилась. Это постоянное наступление-бегство уже стало нашей доброй традицией.

— День рождения через неделю, — напомнила я слабым голосом. — Подарки раньше времени не дарят.

Боже, я пыталась избежать приставаний, а в итоге сама себя загнала в ловушку. Сейчас этот озабоченный тип как выберет себе подарочек. Какой-нибудь, связанный с языком или бешеными скачками.

— Не через неделю, — поправил меня муженек, — завтра. Ты забыла, Лиса, моя любимая госпожа. Мой день рождения завтра. И да, я уже придумал себе подарок, — он медленно, невыразимо порочным жестом облизал губы. — Стой на месте, не убегай, я прошепчу свое желание тебе на ушко.

Ой-ёй-ёй... Как же я влипла!

Чонгук скользнул ко мне с текучей, поистине звериной грацией.

На нервах я выдала:

— У меня эти дни!

Дроу нахмурился. Я заметила, что он всегда сводит брови, когда чего-то не понимает.

— Эти дни? — переспросил он. — Какие эти?

— Красные.

Господи, дай мне провалиться сквозь землю!

— Типа настроение плохое? — уточнил дроу и добавил с улыбкой голодной акулы. — Так мы это быстро исправим.

— Дни, когда нельзя заниматься сексом.

Унизительно, но почему я раньше до этого не додумалась? Универсальная же отмазка, даже более надежная, чем внезапный приступ головной боли.

Чонгук смотрел на меня с насмешкой, ничуть не разочарованный, и это настораживало.

— Ты врешь, моя госпожа. Никаких этих дней, — он выделил интонацией слово «этих», — у тебя нет. В такие дни у тебя меняется запах.
Точеные ноздри темного эльфа затрепетали. Мне стало неловко от того, что он ко мне принюхивается, и от мысли, что его обоняние острее человеческого. Пожалуй, теперь буду мыться три раза в день вместо двух.

Как и обещал, Чонгук наклонился и прошептал мне на ухо то, что хочет получить в подарок на день рождения. Почувствовав его близость, жар его большого, могучего тела, его дыхание на своей ушной раковине, я затрепетала. Даже не сразу сообразила, о чем он говорит, так сосредоточилась на своих ощущениях.

— Серьезно? В подарок ты хочешь... это?

Признаться, я ожидала чего-то более неприличного. Боялась, что своим желанием Чонгук поставит меня в затруднительное положение. Опасалась, что придется ему отказать, но...

Он меня удивил. Его просьба была неожиданной, довольно провокационной для обычного человека, каким я была раньше, но для дроу с их культурой вполне нормальной.

Я аж обмякла от облегчения.

— Ты ведь сделаешь со мной это, госпожа? — выдохнул Чонгук мне в шею, посылая по коже волну мурашек. — Исполнишь мою мечту?

Ничего себе мечты у этого мужчины! И почему Лалиса отказывала ему в такой малости? Из вредности, не иначе.

В который раз за этот день я задумалась, отчего бывшая хозяйка моего тела так ненавидела и унижала своего истинного, и внезапно получила на свой вопрос ответ. Перед мысленным взором развернулось воспоминание, сцена из прошлого, которая все расставила по своим местам.

Так вот почему Лиса обозлилась на Чонгука!