Первый финал
Нет. Чушь. Нет. Отправлять сообщение нельзя. Не в этом состоянии. Она сейчас не в силах соображать адекватно, ещё наговорит что-нибудь. Надо сделать по классике, всегда выручало, в этот раз тоже выручит. А потом, когда ей полегчает, она будет думать адекватнее и лучше. В таком состоянии не стоило принимать никаких решений и ничего делать. А уже потом, завтра или послезавтра, когда и шумиха уляжется, Даша выползет во внешний мир и что-нибудь придумает. Надо переждать. Время лечит.
Дома пить нечего, а в десять часов вечера алкоголь в магазине уже не продают. Поэтому есть вариант куда-нибудь смотаться, где-нибудь напиться, желательно, подальше от дома, чтобы не мелькать там, где лица становились хоть сколько-нибудь знакомыми. Не хватало ещё того бармена встретить, который её узнал. Девчонка собралась, даже сама себе улыбнулась – всё-таки она что-то решила, с чем-то определилась. А даже если и увидят её где-нибудь в баре или клубе, у неё было большое потрясение, тут кто угодно бы смотался переждать бурю.
На улице она ждала такси и нервничала. И чего вышла? Зачем? Могла бы потом из дома быстренько спуститься, а так стояла, как дорожный знак, что все её видели. Но, к счастью, никто к ней не подошёл. Она села в прикативший «бизнес» и почувствовала некоторое облегчение. Такси же никуда не делось, вот оно всё такое же. Деньги на счёте у неё пока есть, а там она уже что-нибудь придумает. Вон с первого разоблачения же даже донаты шли, может, и тут получится снова залететь в это всё. Дурная слава – это тоже слава.
Она ехала в «Неон бар», место, про которое она слышала, но ни разу там не была, как и вся прежняя тусовка предпочитала другие бары и клубы, шанс пересечься с кем-то из прошлой жизни минимальный. Всю дорогу туда Даша смотрела на сообщения. Думала, запостить ли что-то на канал... она не сможет соврать им сейчас. Особенно после суток молчания. Даша не знала, как стоит поступить с этим, писать ли что-то на канал? Сообщать, что она вернётся? Вернётся ли? Было у неё какое-то предчувствие, что надо оставить какое-то сообщение.
«Ребят, я знаю, вы видели то разоблачение. Это всё правда, я не буду отрицать. Сейчас я хожу отдыхать, мне нужно прерваться».
Потом подумала и дописала «простите меня».
Вот так лучше будет выглядеть. Даже если ей и правда стыдно перед аудиторией, но конкретно сейчас, пожалуй, стоит так написать. Неизвестно, сколько именно она пробудет в своём состоянии, учитывая, что в прошлый раз она бухала две недели. Тут двумя неделями она не отделается.