Часть 17. Когда всё меняется
На следующий день Бетти долго колебалась, стоит ли выходить. После их вчерашней ссоры с Винни она чувствовала, что каждая встреча с ним превращается в эмоциональные качели: то притягивает, то отталкивает. Но в конце концов Эмили сама позвонила и настояла, чтобы они пришли втроём в новое арт-кафе в центре города.
— Это не свидание, — напомнила себе Бетти, поправляя длинные шоколадные волосы перед зеркалом. — Просто встреча друзей.
Но сердце всё равно колотилось быстрее, чем обычно.
Кафе оказалось шумным, полным яркого света и музыки. Эмили уже сидела за столиком — а рядом с ней был Винни. Он что-то говорил, и она смеялась, легко положив руку на его плечо.
Бетти остановилась у входа, словно земля ушла из-под ног.
— Бетти! — радостно крикнула Эмили, поднимаясь. — Ты пришла!
Она обняла подругу, даже не заметив, как та напряглась. Винни поднял глаза — чёрно-карие, тёмные, глубокие. На секунду его взгляд задержался на ней, и уголки губ дрогнули.
— Ты задержалась, — сказал он спокойно, но в его тоне слышалась насмешка.
— Пробки, — коротко ответила она и села напротив.
Разговор потёк сам собой. Эмили рассказывала о своей новой работе, о коллегах, о том, как трудно привыкнуть к темпу Нью-Йорка. Винни внимательно слушал, иногда вставляя реплики. И каждый раз, когда он наклонялся ближе, чтобы что-то ответить Эмили, у Бетти внутри будто что-то сжималось.
Она ловила себя на том, что считает каждое его движение: как он откинулся назад, как усмехнулся её подруге, как позволил её руке чуть дольше задержаться на своём предплечье.
— Ты такая смешная, Эм, — сказал он однажды, и смех Эмили разлился по залу.
Бетти резко отставила чашку.
— Извините, я сейчас, — она поднялась и пошла к барной стойке, делая вид, что заказывает ещё кофе. На самом деле ей нужно было хоть немного отдышаться.
Она стояла, сжимая в руках салфетку, когда услышала позади знакомый голос.
— Ты злишься.
Она обернулась — Винни стоял прямо за ней. Его лицо было близко, слишком близко.
— Я не злюсь, — выдохнула она.
— Тогда почему ты убежала от стола?
— Я не убегала, я... просто кофе заказала.
— Ты врёшь, — тихо сказал он.
Она встретила его взгляд. Его глаза горели — не тем же огнём ревности, как вчера, а каким-то другим, более глубоким.
— А что, если я и правда... злюсь? — прошептала она.
— Тогда скажи почему.
Она закусила губу. Слова застряли в горле. Признать вслух, что её задела его близость с Эмили? Что ей неприятно видеть, как он смотрит на кого-то ещё?