Небо 21. Посторонняя.

Оказалось, чтобы ощутить своё одиночество, нужно всего лишь стать самим собой.
Оказалось, чтобы по-настоящему ощутить вкус жизни, нужно оказаться при смерти.

Только сейчас, когда это место увидело мои глаза, оно стало особенно жестоко ко мне. Я пыталась поискать что-то полезное в ящиках сарая, и подо мной провалились доски, разодрав мне ногу почти до самого колена. Я пыталась прочесть книжку, завалявшуюся под слоем дряхлых деревяшек, и она атаковала меня слоем пыли. Я пыталась просто встретить закат, и пошёл дождь.

Теперь, когда холод не грызёт мои исхудалые бледные пальцы, а запах немытой одежды Кёрли не напоминает мне о том, как я не смогла его спасти, становится ещё более грустно. Мне показалось диким, что после такого ужасного события, как пожар, мы продолжили занятия, как ни в чём не бывало. На втором этаже всё ещё сильно воняло дымом и палёными книгами.

Я сильнее прижимаю к груди тетради и стою у двери в аудиторию, пока другие ребята целым потоком заходят внутрь. Я не знаю, чего я жду и чего боюсь. На моих глазах совершенно новые и мега тонкие линзы, но я всё равно чувствую себя загнанной в угол овечкой. Пока хоть один человек в этом мире знает правду обо мне, я не смогу жить спокойно. Ад сказал, эти линзы могут прослужить лет пять, а снимать их даже и не нужно.

Подумать только…  Прошло уже три дня. Что произошло с библиотекой, я так и не узнала. Пыталась выведать что-то у Джоша, который первое время даже отказывался разговаривать со мной. Был то ли обижен, то ли разозлён за то, что я пропала куда-то во время пожара. Переживал.
Разговоры об этом происшествии не заканчивались до сих пор. Казалось, у всех сейчас был настолько сложный период, что больше не было сил говорить ни о чём, кроме трагедий.

В коридоре и в аудитории стоит гул. Я смотрю на десятки людей, которые никогда не станут мне друзьями. Смотрю на десяток парт, за которыми я никогда не буду сидеть в шумной компании. В этот момент я снова вспоминаю Эдди. Грустно, что единственное существо, которое полюбит тебя, каким бы ты ни был уродом — холодная металлическая машина. В голове проносятся слова Джоша о том, что Ад — такой же роборт, как и его создания. Холодный и расчётливый. Я долго думала о том, что же он почувствовал, услышав эти слова. Если бы его это задело, он бы ответил колкостью. Но разве такое могло не задеть?