Глава двадцать
Камилла
Трек к главе —Alleyways
The Neighbourhood
— Слушай, кукла.. Какого черта ты позоришь меня при моем отце?! — Раздается разъяренный голос мужчины в темном коридоре особняка.
— Позор? — Хмыкаю я. — Позор это твое лицо, идиот. Нужно было думать об этом при рождении и.. по возможности до него не доживать. — Злостно прошипела сквозь зубы я.
Он остановился так резко, что я едва не врезалась ему в спину. Плечи его напряглись, будто в одно мгновение превратились в камень. Медленно, очень медленно он повернул голову ко мне, и в его глазах вспыхнула такая ярость, что у меня на секунду пересохло во рту.
Его челюсть дернулась, будто он с трудом удерживал себя, чтобы не сорваться
Он шагнул ко мне ближе, слишком близко, нарушая личное пространство так, будто хотел раздавить меня одним присутствием. Его взгляд скользнул по моему лицу — холодный, оценивающий, полон презрения и злости.
— Думаешь спрячешь свои слезки за грубостью?
— Нет, лишь решила предупредить, что твой лист с условиями я готова сжечь, но принять? — Я нервно посмеялась. — Никогда. Только через мой труп.
— Думаешь ты что-то представляешь в этом доме? Простая женщина, ни чем не отделяющаяся от остальных. Тебя красит лишь то, что ты из этой семьи и теперь.. Будешь в моей.
— Закрой свой рот, пока твоя челюсть случайно не сломалась..
— Думаешь я поверю, что такая как ты сможет мне что-то сделать? Все вы на словах считаете себя интересными, но на деле пустота. Ты создана, чтобы подчиняться своему мужу, а не пререкаться.. Запомни. Второй раз я повторять этого не стану.
Он даже не остановился — просто бросил мне через плечо презрительный взгляд. Это стало последней каплей.
Я шагнула вперёд, сердце громко бухало в груди, но руки были удивительно твёрдыми. Одним движением я подцепила край платья, скользнула пальцами под ткань — и холод металла лёг в ладонь почти родным весом.
— Тогда запомни и ты, — сказала я уже не дрожащим голосом, а ровным, ледяным.
Он обернулся как раз в тот момент, когда я подняла пистолет и направила прямо ему в грудь. Его глаза расширились — не от ужаса, скорее от неожиданности, от того, что «пустота» вдруг оказалась вооружённой.
— Я никому не подчиняюсь, — выдохнула я, держа оружие уверенно. — Тем более тебе.
— Ты.. — Его зрачки расширились до огромных размеров. Очевидно, что он паниковал. Он бы уже не успел достать свое оружие, потому что я бы выстрелила. Это логично. — Какого хрена?..