Глава вторая

Лоренцо

Имя «Элиза» перекатывалось в моей голове медленно, тяжело, будто глоток крепкого виски.
Я мысленно произносил его снова и снова, наблюдая, как свет скользит по её волосам, как дрожит тень от ресниц на бледной коже. В её взгляде было что-то опасно чистое. Почти невинное.
И это злило меня.

— Зачем ты пришла? — тихо спросил я. — Скажи мне.

Её губы едва заметно дрогнули. Она молчала.
Я не повторяю вопросы. Я жду.
Тишина между нами натянулась, как струна. Я чувствовал её дыхание — неровное, сдержанное.

— Мы будем играть в молчанку? — мои губы изогнулись в ленивой, почти ласковой улыбке. — Или ты всё же прошепчешь, почему оказалась здесь?

Она выпрямилась. Глубокий вдох.

— Сегодня я вернулась домой...
Со смены в маленькой кафешке.Ночная работа выматывает. Когда я вошла в квартиру и начала разуваться, услышала странные звуки. Скрежет. Приглушённые стоны.

Её голос был ровным. Слишком ровным.

— Я зашла в спальню.
И увидела, как мой муж был с другой женщиной в нашей постели.

Пауза.
Ни истерики. Ни надрыва.

— Мне не хотелось устраивать сцен. Я зашла в гардеробную, взяла своё любимое платье и ушла. Я поехала к знакомой,она сдаёт квартиры на сутки,я ранее в одной из них проживала. Переоделась. Там тяжело дышать — стены давят. Я решила выпить. Пришла сюда.

Она замолчала.
Я смотрел на неё долго. Слишком долго. Внутри не было жалости. Я не умею жалеть.
Но я знал одно — мужчина, который так поступает, был дешевле спичечного коробка.

С детства меня учили не показывать эмоций.
В девять лет я впервые почувствовал, как жизнь покидает чужое тело под моими руками.
Моя мачеха убила мою сестру. Юлиану.

Я помню запах крови. Помню, как нож — подарок отца — легко вошёл под рёбра мачехи.
Без колебаний.
Без крика.
Я был ребёнком. Но в тот день перестал им быть.
Юлиана лежала на полу, её волосы разметались по мрамору.
После этого я забыл слово жалость.

В девятнадцать, когда отец погиб в войне с японской мафией, мне передали власть. Меня посвятили. Я стал молодым Капо. С тех пор прошло девять лет.

Мне двадцать восемь.
Я — Лоренцо Бонтанте.
Итальянская семья шепчет моё имя.
Я снова посмотрел на Элизу.
Она напоминала Юлиану — те же тёмные волосы, те же скулы, тот же свет в глазах.

Опасное сходство.

— Тебя отвезёт мой водитель, — произнёс я тихо. — Приди в себя.

Я развернулся и ушёл.
Никаких обещаний. Никаких объяснений.

⸻

— Нолан, — коротко сказал я в трубку. — Женщина подойдёт к машине. Отвезёшь её по адресу. Без вопросов.