...

Спустя год, она в ушла от своего ненаглядного, между ними случилась какая-то склока. Тогда разыгралась бурная вьюга, к концу декабря ударил сильный мороз, а она придя в институт, как будто шокированная, явилась в совсем легком польтишке и с шапкой набекрень. Сапог один был полурасстегнут, некоторые пуговицы у горла и совсем продрогших колен пропущены, словно очень она спешила. И вроде с глаз летят ручьи, щеки ярко пунцовые, а на личике так и кричит улыбка. Стоит она вся как ошпаренная, чувствую - горит ее тело. Я смотрел на нее как на небесного ангела, а в ее взгляде читалось недоумение, будто видит она меня впервые, но знает откуда-то из глубинных снов, не уводит взор.

С тех пор мы всегда были вместе. Мы значились как "мы", такие неразлучные и сплоченные, сросшиеся в ствол корни, и наша любовь оживала как и та весна, весна 1973 года.