Глава 6.
Глава 6 Лиам.
Когда я ехал на тренировку, бейсбол был последним, о чём я думал. Обычно я обожал тренировки – они разбавляли монотонность моей рабочей недели, но сегодня вечером я не мог удержаться от глупой улыбки, расползшейся по моему лицу.
Митчелл, один из моих товарищей по команде, сидевший на пассажирском сиденье, бросил на меня подозрительный взгляд.
– Почему ты улыбаешься, как будто только что выиграл миллион фунтов? Мы уже опаздываем на пять минут, и тренер заставит нас бегать круги. Я, честно говоря, не вижу повода для радости.
Я посмотрел на него, не скрывая усмешки.
– А кто виноват? Я был у тебя вовремя. Это не моя вина, что ты заставил меня ждать в машине десять минут.
– У меня было дело! – оправдывался он.
– Какое ещё дело?
– Моя девушка, – с довольным видом заявил он, ухмыльнувшись. Подняв бедра с сиденья, он добавил: – Она была прямо на мне. Я не такой, как ты, приятель, не могу закончить за тридцать секунд.
Я бросил на него недовольный взгляд.
– Серьёзно? Поэтому ты опоздал?
– Да, – рассмеялся он.
Я не смог удержаться и тоже рассмеялся.
– В следующий раз постарайся быстрее, ладно? Или можешь пробежать круги за меня.
Митчелл наклонился вперёд, включил радио погромче и начал кивать в такт музыке. Я снова улыбнулся, глядя на дорогу, и мысленно вернулся к ночи, проведённой с Мэй. Я мечтал о ней с шестнадцати лет, но ни одна из моих фантазий не могла сравниться с реальностью. Сегодня утром я проснулся рядом с ней в своей постели и сразу позвонил в офис, соврав, что заболел.
Женщины не раз просили меня остаться на утро, но я никогда не поддавался. Мэй даже не просила. Она не проснулась, когда я выскользнул из постели, шёпотом сделал звонок, а затем снова вернулся к ней. Я обнял её, чувствуя, как её спина прижимается ко мне, а мои пальцы скользнули по её животу, едва касаясь нижней части её мягкой груди.
Она перевернулась, и её золотистые волосы рассыпались по моей подушке. Это зрелище заставило меня затаить дыхание. Чувства, которые пронзили меня в тот момент, были больше, чем просто желание. Хотя я снял с неё трусики и, поддавшись утренней эрекции, вошёл в неё, её стон, её близость пробудили во мне нечто большее.
Настоящие чувства. Глубокие. Это было больше, чем влюблённость или желание доставить ей удовольствие. Это были эмоции, которые захватили моё сердце и сжали его так сильно, что моя глупая улыбка на мгновение исчезла.
Митчелл на мгновение замолчал. Я подумал, что он просто наслаждается песней, но вдруг он рассмеялся.