Спасение

Тем временем в центре Йокогамы — База портовой Мафии.

Сырое помещение. Подвал, в котором было лишь слабое освещение. Прикованный кандалами к опоре в центре комнаты, висел не кто иной, как Дазай Осаму. Со стороны входа были слышно цокание лакированных сапог. Кто-то пришёл навестить «пленника», и этим неизвестным был горячо знакомый последнему парень с рыжими волосами, и голубыми, как у Ханаби, глазами.

— Снова что-то задумал, да, Дазай? Чудно, прекрасная картина, шедевр на миллион долларов.

— Только не это вот — ведь мерзость, опять ты, боже упаси… — одним взглядом пленник прошëлся по парню.

— Мне нравится твоя реакция, так и хочется тебя придушить, — с ухмылкой признал Накахара-старший.

— Ты совсем не изменился, Чуя, — в привычной манере начал Дазай. Словно он не в плену, а в гостях. — Мне всё время не давал покоя один вопрос — где ты берёшь эти позорные шляпы. Выглядишь ужасно.

— Говори что хочешь, мне всё равно, скоро ты и этого не сможешь. Наверняка все ещё пытаешься покончить с собой, не смотря на свой возраст, — подметил очевидное Накахара.

Ответ не удивил — простое «да» от Дазая.

— Ты даже не пытаешься это скрыть. Но да ладно, ведь теперь ты всего лишь жалкий пленник. Время рыдать, Дазай, — почти торжественно говорил мафиозник, но лицо детектива было так им же. И это жутко бесило Чую. — Нет? Мне это даже нравится, — схватив за волосы шатена, Чуя приблизился к нему и сказал, нет, едва ли не процедил каждую букву, наполняясь лёгким раздражением: — Ты можешь обмануть Акутагаву, но не меня. Как никак, раньше я был твоим напарником. Что у тебя за план?

— О чём ты? Я просто жду своей казни, — как ни в чем не бывало отвечал пленник.

— Будь ты настолько глуп, я бы давно убил тебя. И как только Хана могла терпеть твоё присутствие? Благо, она взялась за ум и больше не трещит о тебе.

Дазай, крепко сжав руки от лёгкой злости, сразу расслабился. Сейчас не время реагировать на подобное.

— Ты преувеличиваешь, Чуя, да и Хана со мной все ещё разговаривает, так что… Что ты вообще здесь делаешь, м?

— Я пришёл извести тебя, Дазай, за всё что ты сделал мне за время в портовой мафии. Ты так часто издевался надо мной, что я сбился со счёта. Но за всё надо платить, — и его губы искривились в зловещей ухмылке.

Удар в блок стены, на которой висел Дазай, оставил вмятину, не зацепив пленника, но хотя бы освободил его от цепей, пусть сами наручники всё ещё были на руках шатена. Теперь они могли сразиться. Дазай, подняв руки перед собой, щёлкнул пальцами — наручники слетели с его рук.