10 часть

Потолок давил. Стены давили. Казалось, даже воздух в этом доме был слишком тяжёлым, будто в нём кто-то когда-то долго и мучительно молчал. Дом выглядел обычным - старым, двухэтажным, с узкими окнами и скрипучими лестницами. Но для Луны он был мерзким от пола до чердака, словно пропитан чем-то, что она не могла объяснить.

Она провела здесь всего пару часов - всего первую ночь! - а ощущение было такое, будто стены уже успели стать чуждыми, колючими, неприятными. Ничего в этом доме ей не нравилось: ни тусклый свет ламп, ни тени, застывшие в углах, ни запах старого дерева.

Через полчаса после того, как приехала Луна,
приехала и её мать.

Хлопнула дверь, шаги отозвались в пустоте коридора. Мать быстро прошлась по дому, жестом показывая, что где находится: кухня внизу, ванная справа, её комната слева. На втором этаже - длинный коридор, выстланный ковром, который приглушал шаги, будто проглатывал их.

Луна слушала рассеянно, глаза всё время скользили по стенам, по дверям... и в какой-то момент взгляд зацепился за дальнюю маленькую комнату.

Единственная дверь, что была закрыта.

Самая неприметная, будто нарочно отодвинутая в сторону.

Луна на секунду остановилась, но спрашивать ничего не стала. Просто почувствовала, как внутри что-то неприятно кольнуло. Мать прошла мимо этой двери так, словно её не существовало.

Когда всё было показано и объяснено, наступила глубокая ночь.

Луна поднялась в свою новую комнату - просторную, неожиданно большую, с мягкой кроватью и высоким окном. Вроде бы уютную. Но уют пропадал под давлением мыслей и тревог, которые прилипли к ней как пыль.

Она легла, и стоило её голове коснуться подушки, как мысли начали наползать одна на другую.

О доме.
О закрытой комнате.
О позднем коридоре, по которому сейчас, наверное, гуляет тишина.
О Кира - и о том, что она сделала. Её поступок, то, что произошло... всё ещё упиралось острым ребром где-то под сердцем.

Луна закрыла глаза, но от этого стало только хуже. Мозг перебирал всё подряд - сцены, слова, лица, моменты, которые она хотела бы забыть, и те, которые вспоминались слишком ярко.

Сон в машине - тревожный, урывками, поверх усталости. А потом они попали в плен... и там вообще невозможно было нормально спать. Слишком холодно, слишком страшно, слишком тесно.

Сейчас же она лежала в огромной мягкой кровати, чистой, ровной, тихой.

Но отдых не приходил.

Мысли гудели в голове, как рой.