Глава 23
Кладбище встречает меня тишиной, которая ощущается слишком удушающей и густой, чтобы просто быть тишиной. Она давит на грудь, словно чьи-то руки, из-за чего невозможно нормально дышать. Виктор остался в машине, поэтому я нахожусь в полном одиночестве, из-за чего по коже пробегает страх. Небо нависает низко, свинцовые серые облака почти поглощают верхушки старых деревьев, от чего кажется, что весь мир сейчас существует только в одном месте-холодном и обречённом.
Ворота скрипят, когда я наконец вхожу. Этот звук напоминает мне стон боли, который, каждый, не может издавать металл. Дорожка под ногами мокрая, даже снег здесь мокрый, а земля, похоже, ужасно влажная. Некоторые гранитные плиты отражают мрачное небо, и я смотрю в них так, будто это провалы в другой мир.
Я медленно иду.
Почти осторожно, словно боясь разбудить тех, кто здесь лежит и покоится. Надгробие тянутся бесконечными рядами: одни высокие, из чёрного гранита; другие-низкие, покосившиеся, будто заросшие мхом. На некоторых виднеются следы времени-трещины, потёки...
Я не знаю, где похоронены мои люди, но ноги будто сами приводят меня к ним.
Первое надгробие.
Мэдди.
Моя подруга со школьной скамейки, смеявшаяся даже там, где это казалось невозможным, кокетка и расхитительница может её сердец, теперь лежит в сырой холодной земле, а на плите серебрятся буквы её имени. Под плитой, покрытой тонким слоем снега и оставшимися сухими листьями с осени. Под плитой, которая теперь никогда не позволит ей взглянуть на свет.
Я провожу пальцами по её имени, и в тело словно вонзаются тысячи ледяных иголок.
-Прости,-выдыхаю я.
Иду дальше.
В висках стучит сердце.
Альберт.
Они были родственными душами с Мэдди. Всегда громче всех шутила, всегда говорил, что всё будет о'кей. На его могиле лежат свежие цветы. Кто-то приходит сюда.
От этого становится только хуже.
Кто-то приходит, а я... Из-за меня они погибли, но я пришла только сейчас.
Энн.
Лиам.
Итан.
Эмили.
Алекс.
Все рядом.
Как в школе.
Как на перемене.
Только сейчас-в тяжёлой земле.
Удивительно, но мои ноги подкашиваются, когда я вижу эти плиты, стоящие в один ряд, словно они всё ещё команда.
Всё ещё друзья.
Всё ещё свои.
Ужасная,горькая символичность ударяет меня в живот.
Они встретились снова.
Но уже на том свете.
Меня тошнит от этой мысли. От её мерзкой правильности. Главное судьба решила разложить их рядом, чтобы ясно напомнить мне, что я, одна из немногих, живая.
Живая.
Та, кого не положили в эту землю.
Каждая плита отличается от другой.
У Энн -аккуратная.
У Лиама-простая, грубая, будто квадратная.
У Итана -гладкая, чёрная.
У Эмили-белая, чуть треснувшая по краю.
У алекса-едва заметная.
Ноа.
Его могилы здесь нет.
Странно.