Прощай, и снова здравствуй
Прошло уже несколько недель и за это время Чон не пропустил ни единого дня, он каждый божий день перся к Юнги с тем или иным гостинцем. Юнги даже стыдно стало, что за его то жопой ухаживает такой ангел Чонгук. Но что больше всего тревожило парня, так это Тэхен. Этот белобрысый больше не появлялся в больнице, на звонки и сообщения не отвечает. Как бы Юнги сейчас желал увидеть этого придурковатого парня, он бы все равно не смог.
Если вспомнить появление Чимина на днях и его рассказах о Тэ, то складывается ощущение будто они вместе, что никак не удивило Юнги.
— Я же говорил. — хмыкает Чимин, кладя руку поверх другой. — Если ты не против, то давай… — парень задумался. — хотя нет, не вздумай забывать наш секс.
— Чего? — возмутился рядом сидящий Чонгук. Было бы очень хорошо, если бы мелкий не подслушивал и в этот момент гулял где-нибудь в коридоре.
— Ничего, Чон, забудь. — понял, что ляпнул лишнее, затыкает того Чимин.
Белокурый парень, который еще недели две назад был сероволосый, попрощался с Мином, а затем ушел.
— И сколько вы там трахались? — закрывая за хеном дверь, шипит Чон. Он подходит так медленно и тихо, как хищник, заметивший свою добычу. А ведь совсем недавно мелкий вел себя иначе, улыбался во все тридцать четыре, болтал без умолку.
— Ну, пару раз, если не считать…забудь. Чон, просто забудь! Ладно? — срывается на беспомощный визг, когда мелкий забирается сверху, хватается обеими руками за его шею.
Гук прикрыл ладонью губы хена, цыкая на непредвиденные движения старшего.
— Прекращай кричать. Я ничего не сделаю. — тихо произносит Чонгук. — Ничего.
Он проводит пальцами по каждому миллиметру на лице Юнги. Конец наступает тогда, когда и взгляд, и рука останавливается на губах хена.
— Лучше бы ударил. Есть за что. — произносит хен и замолкает, целуя Чона.
***
После выписки Юнги весь извивался от неприятного ощущения одиночества. Нет, он не был одинок, просто та частичка вредного Юнги куда-то исчезла вместе Ким Тэхеном и Пак Чимином.
Они просто исчезли из его жизни как и когда-то Чонгук.
Юнги верил, что когда-нибудь они вернуться как и Чонгук.