Глава 8: Знакомство.

Саша
Мы разминулись со вторым Поршем, Даша и Сережа уехали в другом направлении, а мы поехали смотреть на ночную столицу. Москва-Сити потрепала своими масштабами, великолепием высоток, которые тянулись ввысь в облака. Ночные огни набережной, редко ездившие машины.
Москва – город цивилизации и индустриального роста, тут находится высшее общество, такие, как Вадим Ларин. Кому-то все преподносится на блюдечке, а некоторым это приходится зарабатывать большим трудом.
Утром, днем и вечером дороги заполняют московские пробки, а ночью начинается жизнь редких машин и людей, которые бегут домой или гуляют. Есть редкие патрули, что оберегают отдых граждан.
— Как красиво, — уставившись в стекло, говорила я.
— Я тебя сюда ещё зимой привезу, тут намного круче. Всё украшено к Новому году, — сказал Вадим с легкой улыбкой.
— Вадим, — тихо проговорила я, устроившись на сидении ровно. Легкий ветерок трепал мои волосы, которые и так были запутаны. Парень посмотрел на меня вопросительно, — Я хотела спросить про Алину.
— Не думай, Разумовская – та ещё заноза в заднице. Она для меня никто и никогда не являлась частью моей жизни, я ждал и искал только тебя.
Он взял мою руку, посмотрев на дорогу, а потом поднес её к губам и поцеловал. Я улыбнулась ему, от Вадима меня переполняло очень теплыми и непонятными мне чувствами. Он мне нравится, но получится ли у нас что-то? Покажет только время.
Мы припарковались рядом с одним из жилых домов. Я думала, мы куда-то пойдем, но мы продолжали сидеть и просто разговаривали. Парень что-то показывал в телефоне, как вдруг поступил звонок, выплыло виджет-наименование контакта «Босс». Он извинился и вышел из машины, я нажала на кнопку закрытия крыши, чтобы чувствовать себя в безопасности, пока юноши нет.
Не знаю, о чем он разговаривал, но вернулся чернее тучи, молча сел, ничего не сказав, задним ходом сдал назад, и мы поехали в неизвестном направлении.

***
Даша

Мы разделились с Вадимом и Сашей, ехали с Сережей молча. И зачем я вообще сказала, что хочу ехать один на один с ним?
Я наблюдала за центром Москвы. Глаз не оторвать, конечно. Но мы приехали достаточно быстро, остановились у красивого здания, – как я поняла, это похоже на отель, – и я вопросительно посмотрела на парня.
— Зачем мы здесь?
— Слушай, я не хочу отпираться, ты мне нравишься и очень меня заводишь.
— Я не лягу с тобой в одну постель, извращенец!
— Что? Нет, ты меня не так поняла. Я не об этом, я тебе в любви признаюсь. Я просто не могу тебе объяснить, что я чувствую. Вернее, не знаю, как правильно, — заинтересовавшись его речью, я подтянулась на пассажирском сидении. — Ладно, забей. Представь, что я ничего не говорил.
Он тяжело вздохнул и устало откинулся на спинку.
— Нет, продолжай, мне интересно. — потребовала я. Он взглянул на меня, и я очень испугалась.
Он был напуган и расстроен. Показалось, что он прослезился, а может, так падал свет.
— Я не знаю, что говорить, как тебе объяснить, — он взялся за руль, постучал по нему большими пальцами. — Ты есть хочешь?
— Что? Нет.
— Тут просто рядом есть хороший ресторан, предложил так вдруг.
— Ну пошли, — он посмотрел на меня с выражением лица, как будто спрашивает «серьезно?», — Веди, я не знаю, где здесь что.
Сережа поднял крышу, заглушил машину, и мы направились в сторону ресторана.
Посидели там какое-то время, прежде чем ему вдруг позвонили. Отойдя, вернулся потом и сурово сказал:
— Пошли.
— Куда? Мы же ещё не поели, только заказали, — ничего не поняв, протараторила я.
Серый подошел к официанту, извинился и направился к выходу. Встав, я быстро побежала за ним.
Ехали мы молча и напряженно, он гнал очень быстро, от скорости я вжималась в кресло и вдруг увидела знакомый Порш, в котором ехали Вадим и Саша.

***
Саша

Мы пересеклись неожиданно, красный Порш ребят поравнялся с нами, ребята посмотрели друг на друга и ещё сильнее нажали на газ, спорткары рванули.
Им было абсолютно без разницы на красный, на камеры. Моторы ревели, они будто играли в гонки. Но только эти гонки были не на жизнь, а на смерть.
И только по той причине, что ребята были чернее тучи, они ехали и не смотрели ни на какого. По Вадиму было видно, что случилось страшное.
От Даши пришло сообщение:
«Что случилось? Куда они летят? Саша, мне страшно!»
Я не могла ответить ни на один вопрос, я тоже не имела понятия.
— Вадим?.. — осторожно спросила я.
— Не сейчас, — прорычал тот, и я начала набирать сообщение:
«Я не знаю, мне тоже страшно».
Приехали мы неизвестно куда, это было где-то за городом, связь тут не ловила.
Здание, куда мы приехали, не напоминало дом. С виду это был огромный многоэтажный комплекс, но что это, я понятия не имела. Он был огорожен, как обычный загородный дом в поселке коттеджного типа с кучей охраны.
Мы шли следом за Вадимом и Сережей, их выражения лиц не предвещали ничего хорошего.
— Доброй ночи, Вадим Константинович! — отозвался один из охранников, — Сергей Александрович! Константин Аркадьевич ждет вас.
Он жестом пригласил нас, открыв дверь. Мы попали в огромный дом, одна только лестница чего стоила.
— Обалдеть! — шепнула Дашка.
— Девушки, присаживайтесь на диван, мы с Серым скоро вернемся. — обращаясь к нам, сказал Вадим.
— Вадим Константинович, так не получится, ваши спутницы идут с вами. — с почтением сказал тот же охранник, что был на входе.
— Всеволод, черта с два они пойдут с нами, — брюнет кинулся к этому бедолаге, но его остановил мужской суровый голос.
— Сынок, ты драку здесь решил устроить? — на нас смотрел статный мужчина, с виду ему было лет около сорока пяти.
— Папа! — Вадим обернулся, раскинул руки и подошел, они обнялись.
— Константин Аркадьевич, — Серый подошел к отцу Вадима и пожал ему руку, но тот в свою очередь тоже обнял его.
— Сыновья мои, какая прелесть, — мы с Дашей в шоке смотрели то на друг друга, то на троицу, — Дамы! Какие прекрасные, — парни расступились, и мужчина пошел к нам. Они были очень похожи с Вадимом, одно лицо, но глаза у него были карие. — Проследуем ВСЕ в мой кабинет.
Развернувшись, он первый пошел и поднялся по лестнице, мы подошли к нашим, и последовали все за ним.
— Вы не обращайте внимания, просто папа Сережу принимает как за своего сына. Наши семьи очень близки с того дня, как познакомились.
Пройдя бесчисленное количество пролетов, мы поднялись на нужный этаж и вошли за большую винтажную дверь.
Отец Вадима сидел на большом кресле за длинным столом, на одном из стульев сидела зареванная Алина. Ну конечно, что ещё можно было ожидать.
Почти сразу между отцом и сыном разразился скандал, Алина вставляла свои пять копеек. От усталость все плыло в глазах, ещё и эти нервы во время дороги давали знать о себе.
— Папа, меня послушай!
— Нет, щенок, это ты меня послушай! У тебя ещё молоко на губах не обсохло.
— Хватит! — двери открылись, и вошла женщина.
Боже, что за день? Алина вскочила как ошпаренная, вытерла слезы с лица.
— Людмила Петровна, — сказала женщина и протянула мне руку, я её пожала, — Это же Вы? Девушка с фотографии, в жизни Вы ещё красивее.
Людмила посмотрела на мою подругу, что все это время стола так же молча, втиснувшись за мной в угол.
— Дарья, подруга Саши и девушка Серёжи, — сказала та и протянула ей руку, женщина приветливо улыбнулась и пожала в ответ. Потеряв к нам всякий интерес, она подошла к Серому.
— Красивая, Серёженька, миниатюрная, не обижай её, — она подмигнула парню.
— Не буду, Людмила Петровна. — он слегка обернулся и улыбнулся шатенке.
— Саш, а мы со всеми твоими родственниками сегодня познакомимся? — дернув за платье, шепнула мне подруга.
— Не знаю, надо было сесть в одну машину ждать их, а не переться с ними.
— Костенька, тебе не кажется, что тут много людей, и ты выносишь ссору из избы?
— Да, ты права. Девушки, покиньте кабинет, — обращаясь к нам, сказал глава семейства.
— Нет, дорогой, это они часть нашей семьи. Алина, — девушка встала, — вон пошла.
Повиновавшись, девушка ушла, бросив на меня взгляд, от которого мурашки побежали. В нем было всё унижение, ненависть, злость.
Константин Аркадьевич хотел возразить своей жене, но, видимо, понял, что не получится. Мама Вадима пригласила всех за стол.
Женщина выглядела молодо, ей было явно меньше сорока.
— В нашей семье, — начала она и встала сзади мужа, — всё принято решать голосованием. Но что касается моей семьи, решения принимаю я. — как будто напоминая, сказала женщина, — Год назад на этом же месте за этим столом было принято решение, что мы дождемся, пока наш сын найдет девушку, что ему приглянулась. Поэтому в услугах Алины больше нет смысла, и тот спектакль, что она здесь устроила, можно не продолжать – помолвки не будет.
— Подождите, но она сегодня, то есть уже вчера, — посмотрев на большие настенные часы, исправилась я, — сказала, что она уже невеста Вадима.
— Условно, но не формально, — сказал отец Вадима. — Как бы объяснить правильно.. Мне нужно передать сыну компанию из-за ряда некоторых вещей, но сделать это я могу, только если он женится, а отдать свое дитя без любви кто захочет? Год назад он пришел сюда и сказал, что нашел ту самую, однако Вас, милая леди, он не привел. Искать времени не было, я дал небольшую отсрочку и сказал, что либо так, либо брак без любви.
Вникать во все подробности, что рассказали родители Вадима, было очень сложно, мозг кипел, что-то было сказано и про Серёжу, но я уже просто потеряла смысл всего происходящего, мне безумно хотелось домой. Я больше не хотела здесь находиться. Дашка сидела чернее тучи, парни были ещё хуже – мозг не соображал ни у кого, было ясно одно: что дело не терпело отлагательств.
Уехали мы ближе к утру, мои и Дашины родители надрывали трубки.
Было принято решение, что Константин Аркадьевич едет с нами и будет всё обговаривать с родителями нас обеих.
Как позже я узнала от Ларина, пока мы ждали его отца и Сережу, после того спасения биологический отец Серого пришел и попросил помощи у него. В дальнейшем они сблизились и стали вести компанию вместе. Две семьи соединились в одну. Однако, в шестнадцать лет парень лишился обоих родителей, конкуренты подстроили аварию, в которой удалось выжить только подростку. И выжил он тем, что отпросился на ночь остаться у Вадима, и они до утра рубились в плойку. Серого оформили под опеку, и с тех пор они делят все на двоих, как братья.
— А почему, когда мы поднимались, ты сказал в том ключе, что родители Серёжи живы? — поинтересовалась я.
— О них не принято говорить в прошедшем роде. Это было сделано, чтобы помочь Серому и не травмировать ещё больше психику, а потом просто вошло в привычку, — объяснял Вадим.
Когда мы приехали ко мне домой, родители осмотрели меня с ног до головы. Константин Аркадьевич сказал, что им есть о чем поговорить. Все вчетвером они ушли на кухню.
Я же сказала, что очень устала, зашла в свою комнату и плюхнулась на кровать, почти сразу уснув.