27 глава

— Нет, — его голос прозвучал так тихо, что сперва я решила, будто ослышалась. — И никогда не был с ней счастлив.

Я моргнула, растерянно всматриваясь в его лицо, в каждую линию, будто там должно было быть объяснение.

— Что? — вырвалось у меня почти беззвучно.

Он не отвёл взгляда, и от этого в груди стало тесно, словно стены сжимались. Его глаза были спокойные, но в этой спокойности скрывалось что-то жгучее, что-то, от чего хотелось отвернуться и в то же время это было невозможно сделать

— Ты меня ненавидишь, принцесс, — произнёс он ровно, будто говорил о чём-то очевидном. — И я не хочу, чтобы ты ненавидела меня ещё больше...

Я ощутила, как по коже побежали мурашки.

— О чём ты? — спросила я, и собственный голос прозвучал чужим, будто издалека.

Он чуть наклонил голову, и в его взгляде мелькнуло что-то тёмное, почти усталое. На мгновение мне показалось, что он вот-вот раскроет передо мной то, чего я не должна знать, но безумно этого хочу.

— Я люблю только тебя, принцесс, — его слова прозвучали глухо, будто не в реальности, а внутри меня, там, где было слишком больно. Это были те самые слова, которых я ждала всё это время. Те самые, о которых мечтала ночами, за которые молилась мысленно, даже злясь на себя. И именно поэтому слёзы мгновенно навернулись на глаза, заслонив весь мир мутной плёнкой. — И хочу быть только с тобой, — добавил он, и голос его дрогнул.

Я выдохнула, будто меня ударили. Всё, что копилось во мне, вырвалось наружу.

— Почему ты тогда меня бросил? — мой голос сорвался. — Ты знаешь, как плохо мне было? Знаешь, что я чувствовала, когда представляла, как ты целуешь её? Как говоришь ей, что любишь её? Знаешь, каково было засыпать, мечтая, что всё это могло быть у нас, а просыпаться и понимать, что этого никогда не случится? — слова путались со слезами, срывались, и каждое было криком. — Знаешь, что я чувствовала, когда ты снился мне, а я просыпалась и понимала, что это всё только сон?

Чейз резко подался вперёд, потянулся ко мне, пытаясь заключить в объятия, будто это могло стереть всё сказанное. Но я отшатнулась и резко встала, не позволив его рукам коснуться меня.

Я смотрела на него сверху вниз, сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
Как он мог? Как он вообще имел право так поступить? Может он опять врёт? Решил опять поиграться со мной.