part 30
Он подошёл и опёрся на стол, не отрывая взгляда от меня.
– Я не знаю, как всё это работает, – сказал он тихо. – Я не могу просто забыть, что ты — не просто коллега, не просто друг. Ты… ты моя слабость.
Я почувствовала, как его слова резанули по моему сердцу. Он не мог позволить себе быть уязвимым, потому что боялся. Боялся, что потеряет контроль, что всё, что между нами, разрушится.
– Мы не можем просто игнорировать, что случилось, – продолжила я. – Я не прошу тебя изменить себя, но если ты продолжишь избегать этого, мы никогда не сможем понять, что нас связывает.
Он молчал, но его лицо выражало такую борьбу, что я поняла — ему нужно время. Но в то же время я знала, что если мы не сделаем этот шаг, мы просто разрушим всё, что между нами. Мне нужно было действовать.
Я встала и подошла к нему, аккуратно положив руку на его плечо. Он не отстранился, но его тело было напряжённым, как струна. Я чувствовала его дыхание, которое становилось всё быстрее.
– Том, ты можешь быть собой рядом со мной, – тихо сказала я. – Ты не должен бояться своих чувств. И я не хочу, чтобы ты отстранялся. Я рядом, и ты можешь мне довериться.
Он не сказал ничего в ответ, но я почувствовала, как его тело расслабилось. Он снова посмотрел мне в глаза, и в этом взгляде я прочитала то, чего так долго боялась — признание того, что мы оба были слишком запутаны, чтобы всё понять.
Но в этот момент, когда между нами повисла эта тишина, я знала, что это начало чего-то нового. Возможно, всё не было просто, но мы шли туда вместе.
---
Однако, как бы мы не пытались наладить отношения, в группе не всё было так гладко.
Лукас, почувствовав, что наш альбом будет отличаться от того, что он ожидал, снова начал вмешиваться в наши дела.
Его планы по коммерциализации группы казались нам всё более навязчивыми, и с каждым днём он становился всё более отчаянным.
В одной из таких встреч, когда мы обсуждали продвижение альбома, Лукас внезапно заявил, что нам нужно сделать более «мейнстримовый» трек, который точно «взорвёт чарты».
– Вы не можете продолжать в том же духе, – сказал он, сидя за столом, скрестив руки.
– Это слишком рискованно.
Вы должны пойти по пути, который нравится большинству.
Том не выдержал.
– Ты не понимаешь, Лукас.
Мы не будем делать то, что нравится всем.
Мы делаем то, что важно для нас. Мы не продаёмся.
Лукас, казалось, был готов взорваться.
– Не забывайте, что я — ваш менеджер, и я вам говорю, что это не сработает.
Я почувствовала, как напряжение в комнате снова нарастает. Том взглянул на меня, и я увидела, что он был на грани.
Я подошла к нему и тихо сказала:
– Мы всё сделаем, как решили. Мы не будем сдаваться.
Его глаза метнули огонь, но в них была и благодарность.
Мы были на одной стороне, и это значило всё.
Мы не сдадимся — ни в музыке, ни в отношениях.